— Просто помолчи, Лёшенька, — медленно протянула Аня, запивая еду кофе. — Просто помолчи и дай мне насладиться моментом.

Как оказалось, пышки и горячий кофе возымели на Аню вполне ожидаемое воздействие, и она окончательно перестала жаловаться на холод.

Мы неторопливо двинулись обратно в сторону Крюкова канала, как поведала по пути Воронцова, сверяясь с картой. Торопиться теперь было особо некуда. Кофе согревал не только ладони через картонный стаканчик, хотя он уже заметно остыл, но и изнутри. Мокрый снег временами цеплялся за пальто, а фонари отражались в асфальте и застывших лужах так ярко, будто город специально старался выглядеть для нас красивее.

Аня то и дело останавливалась. То ей понравилось окно какого-то старинного дома, то вывеска, то свет на фасаде. А когда впереди наконец показался Никольский собор, к которому мы так долго шли, она тут же достала телефон.

— Лёша, встань туда! — скомандовала она.

— Зачем?

— Родителям твоим отправим. Пускай посмотрят! — заявила Аня и направила телефон на собор.

Я послушно отошёл на несколько шагов, но в момент снимка зачем-то повернул голову на проехавшую машину. В своё оправдание могу сказать только, что это был красный Феррари.

Аня посмотрела на результат и огорчённо выдохнула.

— Ну Лёша.

— Что?

— Ты можешь хотя бы три секунды постоять спокойно?

— Могу, но зачем?

Вместо того, чтобы фотографировать ещё раз, Аня почему-то улыбнулась и убрала телефон в сумочку.

— Ладно, так даже смешнее получилось.

Я усмехнулся и спросил:

— Ну что, идём дальше?

Аня кивнула, взяла меня под руку, и мы спокойно пошли вдоль дороги.

— Знаешь, — внезапно начала она через несколько минут, — а я уже скучаю по твоим родителям. Они точно приедут к нам на Новый год?

— Ну, по крайне мере, обещали, да и билеты я им уже купил.

— Блин, надо ещё успеть разобрать все эти твои бумаги со студии, — задумчиво добавила Аня.

— Мои? Там половина твоих, которые ты постоянно тащишь из универа, — вполне справедливо уточнил я.

— Можно второй стол поставить.

— Куда? В однушку? Нет, второй стол появится уже в новой квартире. В нашей новой квартире, а не съемной. Так что пока просто разберем твои бумажки, и будешь довольна.

— Наши бумажки, — добавила Аня и дальше спорить не стала.

Квартира и приезд родителей. Меня на мгновение накрыло волной финансовых проблем, к которым пообещал себе не возвращаться, по крайней мере, не сегодня. Двести тысяч запаса — это хорошо, но явно мало для перевоза родителей и ипотеки на новую квартиру.

Да чёрт! Опять начинаю об этом думать. Нет, нет, только не сегодня!

— Слушай, — сказал я, поглядывая на экран телефона. — Я тут хочу тебе одно место показать.

— Ты? — удивилась Аня, поправляя шапку. — Мне? В Петербурге?

— Представь себе — я! Я, может быть, тоже готовился.

Аня потёрла ладони в перчатках и улыбнулась.

— О! А вот это уже будет интересно!

До нужного места оказалось совсем недалеко. Мы обогнули Никольский собор и вышли к Крюкову каналу, где впереди уже показался небольшой мост.

— Так, и что здесь секретного? — спросила Аня, поглядывая по сторонам.

— Сейчас увидишь.

— Ты подозрительно загадочный сегодня.

Я ничего не ответил, повёл её за собой, и мы поднялись на Пикалов мост. Здесь каналы сходились так, что в разные стороны действительно открывался вид сразу на несколько мостов. Под ногами был мокрый, местами покрытый ледяной корочкой гранит, а в чёрной воде растягивались длинные световые дорожки. К тому же стоило повернуться, как за спиной тут же возвышался подсвеченный Никольский собор.

В общем, как мне казалось, вроде бы красиво.

— Это называется Семимостье, — пояснил я. — Говорят, отсюда можно увидеть сразу семь мостов.

Аня моментально оживилась.

— Где?

— Ну вот, — я указал вперёд. — Смотри, раз, два, три…

— А четыре где?

— Вон там, вроде.

— Там два фонаря, — прищурившись, сказала она.

— Да это ты просто без очков. Тут, короче, должно быть семь мостов, если интернет меня не обманул, — произнёс я, рассчитывая на другую реакцию.

Она рассмеялась и сама принялась разбираться, какой мост считать первым, какой вторым, и куда вообще нужно смотреть. Однако так получилось, что через минуту мы уже спорили вдвоём и окончательно запутались.

— В общем, тут их семь.

— Хорошо, — улыбнулась Аня. — Пускай будет семь.

Она достала телефон, подошла к ограде и несколько раз сфотографировала каналы, оставляя меня чуть позади.

Мимо прошла какая-то пожилая пара, городские зеваки разговаривали дальше по мосту, а по соседней улице проехала машина. В этом плане Петербург мало отличался от Москвы, ведь куда здесь ни взгляни, везде можно найти людей, людей и ещё раз людей.

И слава богу.