Он рывком притянул меня к себе и его пальцы впились в мою талию. В этом жесте не было ни капли нежности… Напротив, я каждой клеточкой чувствовала злость Ксандра, хотя он умело прятал ее перед жителями.
Несмотря на смешанные чувства, я заставила себя улыбнуться.
Хейзил всплеснула руками и вдруг тихо, сквозь слёзы, рассмеялась.
— Ох, видела бы это ваша бабушка, леди Алира… Она ведь всегда говорила, что вы двое созданы друг для друга. Что всё равно друг к другу вернётесь, хоть через сто лет. А уж когда она узнала про…
— Хейзил, — поспешно перебила я, улыбаясь ещё шире. — Картошка.
— Что? — растерялась старушка.
— Твоя картошка, — я кивнула на перевернутую миску. — Она рассыпалась.
Хейзил моргнула, посмотрела на меня, на Ксандра и снова на меня. А потом спохватилась и засуетилась:
— И то верно, старая я болтунья! Совсем из ума выжила от радости!
Она принялась собирать картофелины из травы, а я почувствовала, как пальцы Ксандра на моей талии сжались ещё сильнее…
— Узнала про что? — вдруг процедил он сквозь зубы, склонившись ближе, и в его глазах блеснул недобрый огонек.
— Про мою свадьбу с Вейгаром, — ответила я как можно беззаботнее. — Бабушка очень переживала по этому поводу.
Ксандр криво ухмыльнулся, но ничего не сказал. И руку с моей талии так и не убрал.
Я так и стояла, чувствуя жар его ладони сквозь ткань платья, и молилась, чтобы Хейзил больше не ляпнула ничего лишнего. Ведь одно неосторожное слово, и всё, что я прятала семь лет, выйдет наружу.
Ещё около часа Ксандр разговаривал с местными мужчинами о шахтах, а горный мастер, которого звали Рамон, расспрашивал их о старых выработках.
Казалось, местные видят только Ксандра, а меня предпочитают не замечать.
Почти все, кроме Хейзил.
Она стояла рядышком со мною, как верная подруга, и тоже слушала со стороны.
Я заметила, как Ксандр задержался возле хромого парня и о чём-то тихо спросил его. Тот сначала смутился, а потом вдруг горячо что-то зашептал, показывая рукою в сторону гор.
— Это Грэн, — тихо шепнула мне Хейзил. — Он с детства по шахтам бродил. Говорят, дар у него… Он камень слышит. Постучит по своду — и сразу скажет, где порода держит, а где вот-вот сядет, — она печально вздохнула и ещё тише добавила: — Но на тарпальных рудниках его никто не послушал. Он кричал, что свод сейчас треснет, а их все равно внутрь погнали. Хорошо хоть выжил… Многим так не повезло.
Я взглянула на парнишку, и внутри вновь вспыхнуло острое чувство вины. Ведь его увечий могло и не быть, будь я…
Я тряхнула головой, прогоняя грустные мысли.
Прошлого уже не воротить и не изменить. Но я могу изменить для этих людей будущее. И сделаю для этого всё.
Когда мужчины закончили с разговором, составив планы на ближайшие дни, я проводила Хейзил до ее дома и пообещала, что завтра пришлю из Эйр-Морра еды и лекаря для Грэна.
Через несколько минут мы с Ксандром уже шагали в сторону охраны и моей лошади. И каждой клеточкой я чувствовала любопытные взгляды жителей, направленные нам в спины.
— Ты не должен был давать им слово, — тихо сказала я, когда мы отошли от людей.— Это мои земли, и я бы хотела…
— Твоему слову они не поверили бы, — перебил он. — А моему поверят.
— Но как же я заслужу обратно доверие этих людей, если они будут воспринимать лишь тебя?
— Вопрос твоей репутации в этих местах — исключительно твое дело, Алира, — холодно отозвался он. — Достаточно того, что я дал тебе шанс ее исправить, прикрыв тебя своим именем. Теперь эти люди хотя бы станут слушать тебя, пусть пока исключительно как мою жену. А доказывать им, насколько хорошей хозяйкой Эмберлейна ты сможешь стать — задача твоя, а не моя.
Я криво усмехнулась.
Это прозвучало грубо. Но Ксандр, впрочем, всегда отличался прямолинейностью…
Я осторожно покосилась на него.
— Тогда зачем ты вообще сюда прилетел, если тебя не интересуют мои взаимоотношения с этими людьми?
— Рамону нужно было осмотреть шахты Эмберлейна, — он пожал плечами. — Это просто совпадение.
Я шумно вздохнула, понимая, что Ксандр прав. Люди никогда не увидят во мне достойную хозяйку этих земель, какой была для них моя бабушка, пока я сама не докажу им, чего стою. Простое родство с великой Инесс Эмберлейн — для них пустой звук. Особенно после того, что им пришлось пережить за эти семь лет по моей вине.
Я остановилась у своей лошади и повернулась к Ксандру.
— Спасибо, — тихо произнесла я, глядя ему в глаза.
Он посмотрел на меня сверху вниз, сверля ледяным взглядом.
— Мне твоей благодарности не надо, Алира. Мне нужны рабочие. А этим людям нужна надежда… Чем сильнее они верят, тем лучше работают. Это просто расчёт, — его губы тронула кривая ухмылка. — Чем быстрее начнутся работы, тем раньше закончится наша сделка и мы сможем развестись.
Он зашагал вперёд, а я так и осталась стоять у лошади в компании охранников.