– Я узнал, что у нас еще один вор, нацелившийся на наши лекарства. – Я вступаю в разговор, прежде чем кто-либо успевает поднять что-то другое. Потому что, зная моих братьев, они собираются наброситься на меня из-за Лени, и я не дам им этого шанса.

– Что? – Майкл хмурится. – Я разобрался с этим в прошлом году.

– На твоей территории, – напоминает ему Рафаэль. – Сомневаюсь, что кто-то попытается сделать это на твоей территории снова. Они, должно быть, хотят посмотреть, насколько далеко Ромеро зайдет, когда заметит. – Его глаза переключаются на меня.

Максимо цокает языком. – Тупицы вот-вот узнают, что «плейбой» Бруклина не просто красивое лицо.

Я сверкаю на него взглядом. – Было необходимо упоминать это гребаное прозвище? – Прошло больше восьми лет с тех пор, как вышла та статья, а они все еще не дают мне покоя.

– Кстати о плейбоях... – начинает Рафаэль.

– Давайте не будем, – перебиваю я. – Сосредоточимся на делах.

– Ты знал, что твоя невеста – дочь Джона Барлоу, предателя, которого ты казнил? – продолжает он невозмутимо, и мои глаза закрываются. Черт. Вот и все. – Ты знал?

– Черт, тебе придется порвать с ней, Ром. – Странный тон Максимо заставляет меня открыть глаза. – Она будет ранена, когда узнает, что ты человек, который убил ее отца, – и что ты знал все это время, но скрывал от нее.

Когда, а не если. Как будто это неизбежно.

– Я ничего не сделал. Это не я убил ее отца.

– Но отдать приказ – то же самое, что совершить убийство, разве нет? – тихо спрашивает Майкл, и я проглатываю комок в горле.

Я не могу этого сделать. Не могу сидеть здесь и разбирать каждую причину, почему это закончится катастрофой. Я встаю, поправляя запонки. – Мне не нужно слушать эту чушь. Я еду домой.

– Вы оба будете уничтожены из-за этого, – тихо говорит Рафаэль. – Ты слишком вовлечен. Она плохо отреагирует, когда узнает, – и она узнает. Секреты имеют неприятную привычку всплывать. Ты должен знать.

Его пристальный взгляд обжигает меня. Он до сих пор не простил меня до конца за то, что я рассказал Эмилии всю правду о том, что случилось с ее отцом десять лет назад, против его воли. – В этот раз все будет не так. Я позабочусь об этом, – говорю я, вкладывая убежденность в голос. – И вы все будете держать рты на замке.

Рафаэль просто качает головой. – Садись обратно и расскажи нам, как ты разобрался с Джулианом ДеМарко. Знает он, где Кэти, или нет?

Я снова сажусь, но мой разум кружится. Потому что, пока я рассказываю им о пустой трате времени, которой был обед с Джулианом, я не могу перестать думать о том, насколько дело Кэти похоже на дело Эмилии, когда она исчезла пятнадцать лет назад, оставив только письмо.

Тогда Эмилии помогла Стейси Родригес, специальный агент ФБР с некоторыми не совсем законными связями. То же ли с Кэти? Она тоже агент ФБР, верно? Есть ли у нее кто-то со связями, кто помогает ей?

Кусочки есть, ждут, чтобы их собрали. Мне просто нужно найти правильный угол, чтобы увидеть всю картину.

Глава 21

Лени

– Дамы были на удивление милыми. – Я пьяна от смеха и тепла, совершенно обессиленная от неожиданной радости вечера. Это мое оправдание тому, что я переползаю на сторону Ромеро в машине и кладу голову ему на грудь.

– Да? – Он не пропускает ни секунды, скользя ладонью по моему обнаженному плечу. Восхитительная дрожь пробегает по мне от прикосновения.

Я готовилась к ледяным королевам – женщинам, ожесточенным браком с самыми опасными мужчинами города. Вместо этого они все были просто... нормальными. Человечными. Настоящими. И, думаю, поскольку мы все примерно одного возраста, кроме Эмилии, общение далось легко.

Эмилия удивила меня больше всего. С ее прошлым бывшего агента ФБР – и тем печально известным интервью в прошлом году, где ее застрелили на камеру – я предполагала, что она будет самой жесткой и закрытой. Но она определенно самая добрая из всех.

Я ловлю себя на улыбке, думая о женщинах. Возможно, это самообман, но я почти вижу, как мы становимся близкими подругами, если позволю этому случиться.

– Знаешь, они засыпали меня вопросами о подготовке к свадьбе, и я поняла, что не знаю абсолютно ничего, кроме того, что она в следующую субботу. Довольно странно для женщины, которая, как предполагается, тонет в любви.

Взгляд Ромеро падает на меня, рука на плече скользит вверх, в мои волосы. – Не так уж странно, когда за всем следит свадебный координатор.

Ну, чисто мужской взгляд. Я утыкаюсь лицом в его грудь. – Поверь мне, с координатором или без, если бы это была настоящая свадьба, я бы хотела участвовать во всем. Что, если мне не понравится вкус торта, который выберет координатор? Или цветы? Черт, я даже не знаю, где пройдет свадьба.

– Хочешь, я свяжу тебя с координатором?

Я закатываю глаза от его непонимания. – Я говорю, что было бы легче продать нашу ложь о влюбленности, если бы мы были более вовлечены в процесс планирования. Люди замечают детали, Ромеро.