Его грудь расширяется от глубокого вдоха. – Возможно, ты права. Я проверю свое расписание и дам знать, когда мы сможем встретиться с координатором, посмотреть место, все, что тебе нужно.

Подожди, что? Возбуждение пронзает меня. Я не думала, что он на самом деле послушает. Я улыбаюсь, запрокидывая голову, чтобы встретить его взгляд. – Это было бы здорово. Кстати, ты должен знать, что девушки были шокированы тем, что... – Слова застревают в горле.

Его взгляд скользнул к моим губам, глаза потемнели от интенсивного голода, который почти пугает меня. – Ромео? – Прозвище срывается с губ дрожащим шепотом, моей жалкой попыткой напомнить нам о реальности.

Это просто притворство. Просто притворство. Просто…

– Просто один маленький глоток, – бормочет он, наклоняясь ко мне. – Всего один.

Воздух между нами потрескивает от электрического напряжения, мурашки бегут по коже, когда осознание заливает меня. Его свободная рука падает на мое бедро, притягивая меня ближе, и я позволяю ему, мое тело податливо. Затем его губы врезаются в мои, яростные и требовательные, без намека на нежность в прикосновении.

Мои губы приоткрываются от удивления, и его язык проскальзывает внутрь, исследуя, забирая. Я стону в поцелуй, отвечая с той же срочностью, мои руки скользят с его груди к затылку, вплетаясь в его волосы, притягивая его глубже.

Больше. Мне нужно больше.

Мое тело беспокойно двигается на сиденье, когда я пытаюсь прижаться ближе, отчаянно желая больше жара, пульсирующего между нами. Рука на моей спине движется вперед, шорох его пальцев по моему платью посылает электрические разряды через каждое нервное окончание.

Затем он сжимает мою грудь через ткань, его большой палец проводит по моим затвердевшим соскам, и я ахаю в поцелуй, когда ощущение спиралью пронзает меня, жидкий огонь скапливается внизу живота.

– Боже, ты так чертовски хорошо чувствуешься, – рычит он, прерывая поцелуй на мгновение. Его голос хриплый, густой от желания, и это только разжигает огонь внутри меня.

Я скольжу руками вниз по его груди, дергая его пиджак, его рубашку, жаждая тепла его кожи под ними. Потребность в нем настолько острая, что поглощает меня. Я жажду его, сгораю от нетерпения.

Я никогда не испытывала ничего подобного по интенсивности в своей жизни, и при других обстоятельствах я могла бы беспокоиться. Но сейчас я слишком далеко зашла, чтобы волноваться.

Затем его руки сжимаются на моих бедрах, и прежде чем я успеваю осознать, что происходит, он перетаскивает меня к себе на колени, одновременно толкаясь бедрами мне навстречу, твердое давление его эрекции на моей сердцевине абсолютно божественно.

Мои глаза закрываются, когда искры взрываются во мне, моя голова откидывается назад, и из меня вырывается горловой стон, заполняя машину, прежде чем я успеваю его остановить. Кто я? Что он со мной сделал?

Ответный стон вырывается из него. – Твои звуки сводят меня с ума, – выдыхает он, кладя руки на мои бедра и раздвигая мои ноги. Так широко, что почти больно, но боль приятная.

Опасная.

Его руки скользят по обнаженной коже, и я вздрагиваю в его руках, когда электрическая дрожь пронзает мою систему. Мои ноги раздвигаются для него еще шире, постыдное приглашение, которое я не могу контролировать. Он жадно принимает его, его руки поднимаются все выше, оставляя огненные следы. Все выше и выше, пока я не натянута, как тетива. Затем он сжимает мою сердцевину через трусики, и я так сильно выгибаюсь, что почти падаю с его колен.

Святые…

– Черт. – Его свободная рука быстро обхватывает мою поясницу, чтобы удержать меня. – Полегче, bellezza, – шепчет он мне на ухо, его теплое дыхание касается ушной раковины, только закручивая меня сильнее, а не успокаивая. – Я держу тебя.

Затем его пальцы нежно отодвигают мои трусики в сторону, и когда он касается моей самой интимной плоти, я теряю остатки разума. Моя сердцевина сжимается, зубы скрежещут, когда я стону долго и глубоко, извиваясь в его руках в поисках большего. Больше. Больше. Больше. Больше. Слово становится мантрой, мое сердце грохочет в такт с ним.

Я трогала себя раньше, одна в спальне, когда потребность становилась слишком сильной, чтобы игнорировать. Но никогда не было так – никогда. Все мое тело загорается с головы до ног странными, чудесными покалываниями, и я чувствую, что я в одном шаге от взрыва.

– Ты такая мокрая... абсолютно. – Его слова вибрируют у моей шеи. – И все для меня.

Собственничество в его голосе бьет по мне, как разряд, мой пульс колотится так сильно, что я слышу только бешеное тук-тук-тук в ушах, моя кожа горит от неконтролируемой потребности. – Ромеро, пожалуйста, – стону я, прижимаясь к его руке, пот стекает по позвоночнику. – Хватит дразнить.

Он улыбается мне, темный и дикий. – Я буду делать с тобой все, что захочу.