Мчась по городским улицам, я лихорадочно пытаюсь понять, как такое могло произойти. Чтобы раздобыть адрес электронной почты Пенни, кто-то должен был знать, кто она такая. Это указывает на Финна, а не на Старейшин и не на его отца. Ведь вся причина, по которой Пенни скрывается вместе со мной, — не дать Финну снова ее похитить.

Выводок. В ресторане.

Тот демон видел меня без Пенни. И тогда Финн решил воспользоваться шансом…

Запыхавшись, я добегаю до нашего дома. В «Паутине» кто-то ужасно поет караоке. Я взлетаю по лестнице, перескакивая через три ступеньки, и врываюсь в коридор, ведущий к нашей квартире. Я почти не замечаю, как в сознании мелькают четыре извивающиеся конечности. Слишком отчаянно цепляюсь за глупую надежду, что сейчас выставлю себя полной дурой перед совершенно невредимой Пенелопой Пайн, держащей в руках альбом для рисования.

Если бы только боги были настолько милосердны.

В нашей квартире Пенни кричит. Существо, которое бросается на нее, пока она мечется вокруг кухонной стойки, не похоже ни на одно из тех, с кем мне доводилось сражаться. Грубая рептильная кожа покрывает человекоподобное тело дикого, извивающегося создания, наполовину человека, наполовину змеи. Оно шипит на меня, затем снова поворачивается к Пенни, и я замечаю, что она вооружена светлой деревянной ложкой.

Не раздумывая, я всем телом врезаюсь в существо. Главным образом, чтобы оттащить его от Пенни и дать ей возможность убежать, но еще и потому, что понятия не имею, что это за тварь и как ее убить. Существо щелкает перед моим лицом несколькими рядами зубов, едва не вцепившись в шею. Когда я бью его кулаком в челюсть, глаза начинают вращаться в разные стороны, как у игуаны. Мне почти удается вырваться, но холодные чешуйчатые пальцы впиваются в одежду и рывком притягивают меня обратно. Клыки пронзают кожу запястья. Я вскрикиваю от неожиданности и пронзительной боли.

— Вив! — кричит Пенни.

Но мы здесь не одни. Стекло окна, ведущего на пожарную лестницу, разлетается вдребезги, и внутрь забирается демон Выводка из «Саймон и сын». Его глаза загораются, когда он видит, что мы с Пенни оказались во власти извивающейся твари.

— Выруби эона, — приказывает он чудовищу, прежде чем повернуться к Пенни. — А я займусь смертной.

— Нет! — кричит Пенни, когда демон хватает ее за талию и взваливает на плечо, словно игрок в американский футбол, несущий мяч к зачетной зоне.

Страх, острый и чистый, словно лезвие, пронзает меня насквозь. Я нахожу в себе силы пнуть тварь в челюсть и вырваться из ее рептильных объятий.

Я бросаюсь к демону Выводка, схватившему Пенни. Подошвы скользят по битому стеклу и половицам, мокрым от моей крови. Наконец пальцы хватают чью-то плоть — его, ее, понятия не имею, — и я валю нас троих на пол.

Под нашим общим весом мое колено подгибается. Раздаются стоны. Я молюсь, чтобы не сломать ни одной из хрупких человеческих костей Пенни.

— Беги, — выдыхаю я, отрывая когти демона от ее талии.

Я вонзаю кинжал ему в сердце.

Но рептильная тварь не собирается так просто сдаваться. С визгом она обрушивается на меня, и я закашливаюсь от демонического пепла, пока Исчадие ада и Ангел полосуют змееподобное существо, а затем с влажным чавканьем погружаются ему в живот.

Я отступаю, ожидая, когда дергающиеся конечности наконец замрут, но ничего подобного не происходит. Очевидно, серебро ему нипочем. Если уж на то пошло, я только усугубила ситуацию. Разъярила тварь, убив ее приятеля-демона и несколько раз ударив кинжалами.

Я ругаюсь, когда змеиное существо снова бросается ко мне, заливая кухню желтой кровью.

— Дуб! — кричит Пенни. — Нагов нужно убивать дубом! Но осторожно! Когда они умирают, они…

Слава богу, хоть кто-то в этом семестре внимательно слушал лекции. Но остальную часть ее предупреждения я не слышу. Не тогда, когда эта тварь — наг — находится в считаных сантиметрах от того, чтобы вонзить в меня зубы. Я поднимаю руку и надеюсь, что Пенни поймет, чего я прошу. Пятнадцать лет лучшей дружбы должны были наградить нас хоть какой-то телепатией, верно?

Увидев мои растопыренные пальцы, Пенни швыряет мне дубовую кухонную ложку, которой до сих пор отбивалась. Я ловлю ее и вонзаю конец нагу в шею.

Следующие несколько событий происходят одновременно.

Пенни снова и снова что-то кричит, но я не слышу ее за газообразным, булькающим хрипом умирающего нага. Он обрушивается на меня, тяжелый и стонущий. Как я ни пытаюсь выползти из-под него, тварь весит гораздо больше, чем я ожидала. В ту же секунду слышу, как распахивается дверь квартиры. Ужас сменяется облегчением, когда я чувствую Дикона и Уорда.

А затем до меня доносится лишь низкий рык Дикона, прежде чем наг взрывается прямо на мне и невообразимая боль разливается по каждому сантиметру моей кожи.

— Вив! — кричит Пенни. — Что с ней происходит? Вив!

— Уведи ее отсюда, — приказывает Дикон.