В машине воняет травкой, а по радио играет Oasis.

— Он не идеален.

— Выкладывай.

Я резко сворачиваю на перекрестке, благодаря богов за поздний час. На дороге никого. Но это также означает, что между нами и Финном с его Выводком почти нет препятствий. Вытянув шею, я оглядываюсь и вижу, как половина преследователей садится в другие машины. Во мне вспыхивает ярость, когда один из демонов жестоко швыряет таксиста на дорогу и тут же переезжает его.

— Харкер — единственное место, куда они физически не могут проникнуть.

Я жду, что Дикон скажет, что там небезопасно, ведь охотники Цитадели разыскивают меня. Что, когда Старейшины нас обнаружат…

— Ладно, — хрипит он, следя в зеркало заднего вида за Выводком, который наступает нам на пятки. — Хорошо.

— Серьезно?

Мой голос срывается почти на истерику. Я вообще-то надеялась, что он придумает что-нибудь получше.

— Да. Здесь налево, в переулок.

— Там одностороннее движение…

— Здесь налево…

— Не указывай мне, как вести машину!

— Просто сделай это! — рявкает он и дергает руль как раз вовремя, чтобы мы избежали столкновения с «Мерседесом» Финна, который врезается в заднюю часть нашего такси.

Машину заносит в узкий переулок, где за нами могут протиснуться не больше двух автомобилей его людей.

— Они будут ждать нас у портала, — выдыхаю я, все еще думая об охотниках Цитадели.

Это единственный путь, по которому студенты входят и выходят. Наверняка они охраняют всю ротонду. Мы пролетаем по мосту Эребос, и я объезжаю еле ползущий седан, в котором наверняка сидят старики. Или ленивцы. В такое время до Виндзора уже недалеко.

— Если только…

Но Дикон уже опередил меня и достает из бумажника свою монету.

— Пойдем через чащу.

Охотники Цитадели, конечно, охраняют и ее, но их там меньше. И они не будут нас ждать.

Пока мы мчимся по широкой Главной авеню Полугорода, сердце прочно застревает у меня в горле, а глаза беспрестанно мечутся к преследующей нас стае. Поэтому я смотрю в зеркало заднего вида, а не на дорогу, когда демон Выводка на угнанном такси нагоняет нас и врезается в водительскую дверь, отправляя машину в занос, словно на аттракционе с машинками.

Я изо всех сил выворачиваю руль в противоположную сторону. В песне Oasis начинается гитарное соло. Демон хихикает из открытого окна, и, когда он собирается ударить нас снова, я резко бью по тормозам, позволяя ему на скорости сто тридцать километров в час влететь в витрину магазина.

Благодарю всех покровителей автомобильных погонь Астеры за то, что в такой час внутри никто не совершал покупки.

— Отлично сработано, — выдыхает впечатленный Дикон.

— Сейчас подходящий момент сказать, что у меня нет водительских прав?

Я одариваю его безумной улыбкой и с удивлением вижу, что он ухмыляется в ответ. Два больных адреналиновых наркомана, убегающих от Выводка. Никогда не думала, что смогу почувствовать родство с Бонни и Клайдом.

Но теперь мы в СТЦ. Красивые бутики, камеры наблюдения. Больше никаких захудалых районов, где автомобильные погони случаются так же часто, как уличные ограбления. В ночи воют сирены. Мигают красные и синие огни.

Ладони скользят по рулю от пота, нога почти продавливает педаль газа сквозь пол, когда я слышу, как пули со звоном ударяются о заднюю часть такси.

От звука я пугаюсь настолько, что едва не врезаюсь в фонарный столб, и Дикон рывком возвращает машину на полосу. Когда он оборачивается к преследующему нас Выводку, раздается еще один выстрел. Пуля разбивает заднее стекло и задевает его руку. Машину наполняет запах демонической крови. Черная вишня и железо.

— Черт! — кричу я. — Черт, черт, черт!

— Все нормально. — Он морщится. — Смотри на дорогу.

Но когда он отстегивает ремень безопасности и перебирается на заднее сиденье, дорога становится последним, на чем я могу сосредоточиться. До этого момента я довольно неплохо держалась. Финн, Выводок — я не злилась, я боялась. Никаких признаков безумия сирабракса. Уверена, недавнее убийство вампира помогло. Но запах демонической крови, как известно, не лучшим образом влияет на кровожадность. Я словно акула в открытом море. Спина начинает ныть. Мне нельзя сидеть за рулем.

Но прежде чем я успеваю сказать об этом Дикону, слышу треск рвущейся ткани.

— Что ты там делаешь?

— На дорогу смотри, Вив! — ревет он, пока ветер и осколки стекла хлещут нас обоих.

Я поправляю зеркало заднего вида и вижу, как он вырывает кожаные подголовники с задних сидений такси и с молниеносной скоростью швыряет их в машины, из которых по нам стреляют. С той силой, с какой он их бросает, они летят словно ракеты, снося головы и пробивая лобовые стекла.