— Боже. Лучше бы им этого не делать. Ванная расположена рядом с комнатой Саммер. — Я поворачиваюсь на стуле и кричу через плечо. — Ведите себя прилично!

Эмбер подмигивает мне, скрываясь в ванной вместе с Логаном, и захлопывает за собой дверь.

Я качаю головой, снова поворачиваясь к Джози. На ее губах играет легкая улыбка, которая становится задумчивой, когда наши взгляды встречаются. На этот раз она не отводит глаза, и мне интересно, не потому ли это, что алкоголь сделал ее смелее.

— Я пойду покурю, — говорю я приглушено. Я вглядываюсь в ее лицо, пытаясь понять, что она чувствует. — Составишь мне компанию?

Джози кивает без колебаний.

— Конечно.

Мы выходим на задний двор, с трудом пробираясь сквозь двадцать сантиметров снега, который укрыл мой внутренний дворик белым покрывалом. Вся уличная мебель накрыта, поэтому я прислоняюсь к стене дома под навесом, который хоть немного защищает от непогоды. Джози следует моему примеру и встает рядом.

— Здесь так красиво, — говорит она, скидывая капюшон с задумчивым выражением лица. — В свежевыпавшем снеге есть что-то волшебное.

Я следую за ее взглядом туда, где фонари на крыльце освещают крупные хлопья снега, падающие с неба. Не могу отрицать, что это красиво.

— Зима всегда кажется такой суровой и безжалостной, — размышляю я. Я затягиваюсь сигаретой и выдыхаю дым, краем глаза поглядывая на Джози. — Но отсюда она кажется такой умиротворяющей.

Ее улыбка расцветает, и она кивает.

— Так тихо. Ни машин, ни животных, ни людей.

Джози медленно выдыхает, и это единственный звук, который мы слышим в глухой ночи.

Мы стоим так некоторое время в молчании, прислушиваясь лишь к звуку нашего дыхания, биению сердец и редкому завыванию ветра. Я бросаю сигарету в снег и смотрю, как она гаснет. Подняв голову, я чувствую на себе взгляд Джози и поворачиваюсь к ней, замечая покраснение от ветра на ее носу. К ней вернулась задумчивая улыбка, и мне нужно знать, о чем она думает.

— Скажи это, — шепчу я, замечая, как ее глаза стекленеют от моей просьбы.

Она сглатывает, опуская взгляд на свои руки в перчатках. Затем сцепляет их, переплетая пальцы, и вздыхает.

— Между нами все как-то иначе.

Я изучаю ее. Я впитываю ее слова, пытаясь понять, что в них изменилось и когда все это произошло. Может быть, это случилось, когда Джози увидела мою сломленную, уродливую сторону, когда мы рухнули на осколки стекла и она обняла меня, не давая развалиться на части. Может быть, это случилось, когда она взяла меня за руку, и это показалось мне самым естественным на свете. Может быть, это случилось, когда я чуть не поцеловал ее. Может быть, это случилось, когда я чуть не поцеловал ее во второй раз.

Как бы то ни было… я понимаю. Я точно знаю, что она чувствует, и это пугающе и неправильно, но это реально. И я ненавижу это. Я, блядь, ненавижу то, что чувствую это, но в то же время не могу просто уйти.

Я не уверен, как ответить, и уж точно не могу отрицать ее слова, поэтому делаю тяжелый вдох и выдыхаю.

— И это плохо? — спрашиваю я, и мои слова почти заглушает резкий порыв ветра. — Что все иначе?

Джози моргает, покусывая губу.

— Я не уверена.

Я тоже.

Мы снова молчим, и нам по-прежнему комфортно, но я знаю, что мы оба думаем об одном и том же и испытываем одни и те же чувства.

Когда она наконец заговаривает, ее голос срывается.

— Ты спросил меня, люблю ли я его, — говорит Джози, глядя прямо перед собой, не в силах посмотреть мне в глаза. Она замолкает на мгновение, потом еще на одно, и я задаюсь вопросом, собирается ли она вообще продолжать. Наконец она бросает взгляд в мою сторону. — В этом я тоже не уверена.

Тихий мир кажется еще тише теперь, когда ее слова достигают моих ушей. Мне кажется, что звуков вообще больше не существует. Безмолвные снежинки продолжают падать с беззвучного неба, и даже биение моего сердца кажется приглушенным. Джози всматривается в мое лицо, ожидая реакции, но я на мгновение отвлекся, пораженный ее словами и ранимым выражением ее глаз.

Я понимаю, что отключился, ушел в себя, и знаю, что будет дальше. Я вижу, как приоткрываются ее губы, и знаю слова, которые она собирается произнести.

Мне следовало бы быть более готовым.

Но это не так.

— Скажи это, — выдыхает Джози. В конце она делает легкий вдох, услышав свои слова вслух – словно она напугана, словно она не хочет этого знать.

Потому что она уже знает.

И я даже не колеблюсь.

Я протягиваю руки, обхватываю ее лицо ладонями и притягиваю к себе, чтобы поцеловать.

Ее губы холодны как лед, но из них вырывается легкий вздох, который согревает меня, размораживая изнутри. Ее губы, ее дыхание, ее тело – само ее существование – плавит меня. Сжигает меня дотла.

Она слегка напрягается, но этот поцелуй – он неизбежен. Он всегда был неизбежен, и чем дольше ее губы прижаты к моим, тем мягче они становятся. Тем больше мы растворяемся друг в друге.