Эта парочка, по разным причинам, была в моём списке «обходить любой ценой». Но это на родине, а видеть их тут, в этих декорациях – невероятно бодрящее зрелище. Я приветствую их с неподдельным энтузиазмом:

– Пацаны!

– Литские пацаны в городе! – Бегби задирает голову. – YLT на месте, ёбаный ты гандон! – и тяжёлая рука прилетает мне в плечо. Оно пульсирует, и я уже чувствую, как проступает синяк.

На нём приталенный, но вполне сносный для подобных мероприятий костюм. А Спад… ну, это полный пиздец: брюки болтаются примерно под коленом, пиджак сидит так, будто портной, когда мерки снимал, целый диван ему под лопатки умудрился запихнуть. Он с опаской разглядывает хрупкий бокал, словно ждёт, что тот сейчас взорвётся у него в руке.

Они родом из более благополучной части порта, по ту сторону Линкс. И дружили скорее с Рентоном, чем со мной. Задира и неряшливый ворюга: я старался избегать их в школе. А Больной… восхищённо наблюдая со стороны за тем как он кадрил девок, я понимал: чтобы дотянуться до его уровня, мне нужно совершить что-то из ряда вон. Возглавить рок-группу, к примеру. К счастью, так и вышло, и моя красотка стоит рядом со мной. И она понижает уровень их гоповатости. – Это Стелла. Дорогая, с Фрэнком ты знакома, а это Дэнни, ещё один мой приятель из Лита.

– Ты ж приезжала как-то на Новый год, точняк, – выдавливает Спад, с отвисшей челюстью. – Я помню, видал тебя.

– Да, я пару раз туда приезжала, но тот Новый Год был особенно весёлым, – говорит Стелла. – Классно у вас.

– А ты сама с юга, куколка? – вступает Франко. – Не рядом с Лонглитом, случаем, живёшь?

– Это, типа, где львы? Сафари-парк?

– Ага.

– Нет, это, вроде как, далековато от меня.

– Ну ладненько, Франко-

– Кайфово было бы глянуть на этих здоровенных кошаков из джунглей, – вставляет Спад.

– По-моему, львы больше по саваннам, – поправляет Стелла.

– Понял! Понял, долбоёбина ты тупая! – фыркает Франко на Спада, и одаривает Стеллу улыбкой. – Главный эксперт по кошкам, блять, а не знает нихуя!

– Так я и не говорил, что я эксперт по кошкам-

– Род, ебать его рот, Стюарт! – восторженно восклицает Франко, когда группа начинает играть кавер на «Baby Jane».

– Всё ещё его фанат, Фрэнк?

– Не могу перестать слушать этого мудака!

Тут Спад вставляет: – Но стоит признать, тексты Рода Стюарта – не лучшая его сторона. В них смысла ноль.

– Ты чё несёшь, ебать?

– Да просто говорю. Вот эта песня, «Baby Jane»…

– И чё с ней?

– Там поётся: «Я знал тебя, когда тебе было не с кем поговорить…»

– И чё, блять?

– Да это ж нелогично, чувак, – повторяет Спад.

Франко смотрит на меня и Стеллу. – Вы двое понимаете, о чём этот уебан толкует?

Мы с опаской переглядываемся.

К счастью, Спад продолжает: – Если Бэби Джейн знала Рода Стюарта, как он сам говорит, значит, ей было с кем поговорить. С самим Родом Стюартом. Сечёшь, о чём я? А потом он поёт: «ты держишь меня на проводе…» – значит, она уже с ним по телефону болтала, так? Это-то всё и доказывает.

В глазах Франко разгорается убийственная ярость. – Ты чё, блять, повыёбываться решил? Потому что мы на свадьбе ебучей, так что ли?

– Нет же, Франко, я просто рассуждаю, чувак.

– Ты щас, нахуй, дорассуждаешься! Это просто песня, долбаёб! Стиви, ты в песнях шаришь больше всех! А ну скажи ему!

И Спад смотрит на меня, умоляя выдать способное отмазать его объяснение.

– Фрэнк прав, Дэнни. Песни должны работать на эмоциональном, а не буквальном уровне. Конкретно эта песня – концептуальная переработка «Where Do You Go to My Lovely» Питера Сарстедта, и она о том, как парень отчуждается от своей бывшей, которая теперь стала светской сучкой и больше не желает знаться со старыми друзьями…

– Во! – с нетерпением восклицает Франко.

– Ага… допёрло, – облегчённо выдыхает Спад.

– …никого не напоминает? – я указываю на Больного, и нас четверых пробивает дружный смех.

Наше веселье не ускользает от жениха, он прямо чует, что мы ржём над ним, и поворачивает свою черепушку в нашу сторону. Радар у парня настроен чётко. Его девушка, то есть жена, Аманда, реально шикарная. Это было заметно, даже когда он приводил её за кулисы на концерт, хоть тогда она и была одета попроще. А сейчас можно по-полной насладиться видом: светлые волосы собраны в высокую причёску, скулы острые, а сияющей улыбкой она непринуждённо и грациозно одаривает всех вокруг. Она, кажется, в полном восторге от своего избранника. Но, уловив, как он украдкой поглядывает на подружек невесты, я вновь прихожу к мысли, что Игги описал эту историю лучше всех:

Больной, больной шастает вокруг, едва не теряя контроль/ Детка, я хочу взять тебя с собой, отправляйся со мной в моё смертельное путешествие/Милая, стань моим врагом, чтобы я мог любить тебя по-настоящему/Больной, больной учится быть жестоким… 143