— Тогда зачем ты вернулся? — прошептала я, меня мучила вина, образы его окровавленной груди мелькали в голове. Не ради меня — в этом я была уверена. Я вспомнила, как он, не раздумывая, бросился на Мордрика, как пробился мимо стражи, которой наверняка приказали не пропускать никого, даже принца. Желудок скрутило, пока я пыталась сложить всё воедино. Взгляд упал на его пояс, где в ножнах аккуратно лежал ольховый кинжал.

— Перед тем как мы попрощались, я сказал, что у меня есть теория о связи между всеми этими событиями. Поэтому я снова заглянул в подвал кузницы.

Я вскинула голову.

— Ты что сделал?

Он протянул ладонь. В центре лежала неровная глиняная бусина с отверстием посередине. На поверхности была нацарапана тонкая буква Б.

— Когда мы впервые нашли святилище, я заметил её в чаше в центре пентаграммы. Когда-то она была частью браслета. Браслета Офелии.

Я уставилась на него.

— В подвале мне показалось, что я её уже видел, поэтому и забрал с собой, — продолжил он. — Я бы рассказал Мордрику раньше, но после его реакции на нашу вылазку решил не давить.

— Откуда ты знаешь, что она принадлежала Офелии?

— Сначала не знал. Но жена Офелии так и не уехала из Валнара, поэтому я навестил её. Она подтвердила, что бусина была на браслете, который в детстве сделал их сын Бенджи.

— Значит, Юэн не мог быть убийцей, — вслух размышляла я, и затуманенный мозг медленно складывал детали. — Он приехал в Валнар всего пять лет назад.

— Во всяком случае, не он один.

— Что ты имеешь в виду?

— Когда Герайнт управлял тобой, он сказал, что идёт к своей цели уже много лет. Я вспомнил наш разговор в подвале кузницы. Думаю, он десятилетиями вселялся в людей Валнара и их руками совершал убийства.

Меня передёрнуло при воспоминании, как мной двигали, словно марионеткой, дёргая за нитки; точно так же двигался Юэн в ночь нападения.

— Почему он сам их не убивал? — прошептала я.

— Я же говорил: Валнар защищён, — напомнил Энхарт. — Скорее всего, самостоятельно пройти через городские ворота он не мог. Ему нужен был кто-то внутри. Смертный вроде Юэна, который постоянно выходил из города по поручениям кузнеца, был лёгкой мишенью.

Желудок скрутило. Знал ли Юэн, что делает, когда убивал Руби и Элис? Когда едва не убил меня? Ради него самого я надеялась, что нет.

— Не может быть совпадением, что Герайнт выбрал двух ведьм, — пробормотала я. — Думаешь, Руби и Элис тоже были ведьмами?

— Насчёт Элис не знаю. Но ты ведь знала Руби?

Сердце сжалось при воспоминании о длинных каштановых косах девушки и её страсти к сплетням.

— Если она и была ведьмой, то скрывала способности так же, как я. — Я застонала и потёрла виски. — Зачем Герайнт всё это делает? Что ему нужно?

Лицо Энхарта помрачнело.

— На это ответа у меня нет. Прости.

Я закрыла лицо руками. Столько крови.

— А потом он пытался заставить меня убить тебя. Зачем?

Энхарт повёл плечом.

— Может, просто захотелось. А может, он рассчитывал, что король не пощадит тебя, если ты преуспеешь. Тогда у него появилась бы пятая ведьма, убитая ради какой-то цели, которую он давно преследует. Последняя вершина пентаграммы.

— Я… — Я осеклась, услышав тяжёлые шаги в коридоре. Отступила от решётки, сердце заколотилось, когда появился Мастер оружия. За ним шла дюжина солдат с мечами и арбалетами. Сэр Ралтисс был в полном бмундировании. Нелепое зрелище — будто я могла вытащить из-под подола двуручный меч и ткнуть им его сквозь прутья клетки.

Отряд поклонился принцу; металлические пластины доспехов звякнули дружным хором.

— Королевский совет требует вашего присутствия в тронном зале, — объявил сэр Ралтисс, настороженно глядя на меня. — Для вынесения приговора.

Глава 39

Мы с Энхартом тревожно переглянулись. За прутьями меня ждала целая толпа вооружённых солдат; на лицах застыло презрение, и я почти физически ощущала его жжение. Сколько из них, интересно, видели вчерашнее?

— Мне нужно поговорить с королём наедине, — возразила я, выдерживая взгляд сэра Ралтисса.

— Поговорите через несколько минут, — заверил он. — Как только наденете это.

Я отпрянула, когда он протянул пару железных кандалов. Металл был покрыт ржавчиной, словно ими не пользовались много лет. Волоски на руках встали дыбом при воспоминании о верёвке с дягилем в лагере ведьм. От одного вида железной решётки меня уже мутило, а оказаться закованной в проклятый металл хотелось меньше всего.

— Кандалы? — Энхарт приподнял брови. — Это уже лишнее.

Возможно, вот она — моя судьба, подумала я. Участь, поджидавшая меня с тех пор, как я избежала наказания в Уилдстоуне. Возможно, мне было суждено не спасти королевство, как верил Мордрик, а стать его пленницей.

— Всё в порядке, — прошептала я. — Я понимаю.

Кандалы тянули запястья вниз, пока мы шли по извилистым коридорам. Сегодня замок молчал. Ни одного придворного сплетника не попалось на глаза. Даже прислуга куда-то исчезла. Я гадала, не освободил ли сенешаль всех от обязанностей на день, чтобы сохранить происходящее в тайне.