Мы не идем в главный замок — темную, приземистую махину, которая нависает над нами, словно горгулья. Вместо этого нас уводят в туннель, ведущий в темную скалу под крепостью. Это зияющая пасть, готовая сожрать нас всех. Несмотря на холодное железо, что заполняет мой разум и удерживает страх, темнота тревожит.

Внутри все выглядит как естественная пещера, хотя я подозреваю, что давным-давным-давно ее высек кто-то с Символом Камня. Факелы мерцают в нишах, вмонтированных в стены, освещая узкую тропу, достаточно широкую, чтобы по ней мог пройти один новобранец и двое сопровождающих его легионеров. Гай, Дурус и другие офицеры сопровождают процессию, пока нас тащат вниз по спирали в самые недра земли.

Кажется, проходит целый час, прежде чем мы добираемся до самого низа, и пространство расширяется, являя взору колоссальную пещеру, которую прибрали к рукам Железные легионы. Пол вымощен булыжником вокруг сталагмитов, которые стоят здесь веками. Сталактиты цепляются за потолок, словно зубы; с некоторых все еще капает вода, будто яд с клыка змеи. Во всем подземелье пахнет сыростью и гнилью.

В дальней стене прямо в скале выстроена массивная печь. Меха ревут, нагнетая воздух, чтобы поддержать пламя. Подземное пространство заполнено удушающим, сырым жаром, как в бане. Это место пронизывает тяжелое, сонное присутствие. Оно напоминает то, что я ощущал во время испытания на выносливость на арене. Гигантские железные двери врезаны в стены через каждые несколько шагов, простираясь так далеко, как только позволяет увидеть тусклый свет. Это место, где куется оружие.

Тайное место.

Зловещее место.

Магистр и трое жрецов ждут нас у подножия пандуса. Все они старые и морщинистые, и кажутся частью самой пещеры, словно находились здесь с момента ее сотворения. Магистр одет в белую тогу, но она испачкана сажей, заполняющей это пространство. Золотые вены Кор обвивают его руки, пока он наблюдает за тем, как нас вволакивают в его владения. Я замираю в благоговении, впервые видя electus, который достиг окончательного Вознесения.

Жрецы облачены в черные тоги, разорванные в знак скорби по их мертвым богам. Все они слепы, их пустые глазницы закрыты повязками из темной ткани. Мужчина впереди держит черное копье над нами, словно скипетр, напевая благословения на языке древних. В левой руке у него позолоченный scutum, щит легионов. Женщина слева от него высоко поднимает гигантский факел, на ее голове бронзовый шлем. Третий мужчина сплошь покрыт змеями, которые высовывают в нашу сторону языки, пробуя на вкус наш страх. Я ничего не чувствую, проходя под его благословением. Боги мертвы — какая сила может быть у мертвецов?

Один за другим нас выстраивают на большом центральном полу пещеры, а легионеры-охранники по-прежнему держат нас. Меня оттаскивают в сторону, чему я удивляюсь, пока не осознаю: это ведь железная версия Ритуала Сердца.

В мирном обществе, когда гражданин получает свой Cor, это прекрасное событие. Это момент, когда ребенок обретает свою индивидуальность и делает первые шаги во взрослую жизнь. Но легионам не нужны творческие индивидуальности — им нужно оружие. Нам не дают ни указаний, ни права выбора. Мы здесь для того, чтобы служить воле Императрицы, а ее желание состоит в том, чтобы нас переплавили заново.

Легионеры заставляют меня встать на колени, ударяя по ногам сзади, пока я не падаю на твердый каменный пол. Когда все мы оказываемся на коленях, в пещере воцаряется тишина. Она огромная, давящая, оглушительная в своем величии.

Еще дюжина жрецов появляется из-за углов комнаты. Некоторые стоят на балконах над нами. Тишина разлетается вдребезги, когда они начинают петь — глубокие басы разносятся по недрам земли, точно какой-то забытый зов. Старый слепой жрец, несущий черное копье, делает шаг вперед и вскидывает его.

«В мире наверху вас учат, что боги мертвы!» — выкрикивает он, и его немощный голос звенит с поразительной силой. «Они оплакивают гибель изнеженных божеств как Венера и Минерва. Но здесь, в глубине, мы знаем правду. Наши предки, может, и мертвы, но они не исчезли. Боги по-прежнему говорят через нас».

Что-то сдавливает мое горло. Я никогда раньше не слышал, чтобы жрец говорил в таком ключе. Теология коллегии столь же мертва и суха, как и владыки Олимпа. Но я видел вещи, которые не поддаются объяснению, а теперь я их еще и слышу.

«Здесь, в Чертоге Вулкана, Великого Кузнеца, мы взываем к искусству Беллоны и Плутона. Железные легионы следуют путем Марса. Эти боги все еще живут в каждом связанном железными узами, который носит меч во имя их. Ошейники, которые вы будете носить на службе этому наследию, выкованы из реликвий ваших павших братьев. Когда вы покинете это место, то будете нести в себе частицу наших богов. Война не умерла — она лишь покоится в вас, ее железных детях».