— А если он похоронит правду об Испании, то похоронит и правду о смерти Эверта Ларсона, — тихо сказал Алек. — Справедливость не восторжествует — если действительно была совершена несправедливость.

— Уверена, что была, и Магдалена сообщила об этом сэру Джайлсу, — твёрдо сказала Кендра. — Думаю, весь последний месяц он пытался принять решение: рассказать всё и начать официальное расследование или… — она пожала плечами, — оставить дело в покое.

— Или начал собственное расследование, как ты предположила, допрашивая Кросса и Мобрея об их версии событий, — сказал Алек, засунув руки в карманы. В его глазах появилась мрачная задумчивость. — Это наверняка их встревожило.

Кендра встретилась с ним взглядом. — Да.

— Кросс не убивал сэра Джайлса.

— Нет.

— Капитан Мобрей?

Кендра пожала плечами. — Мотив у него определённо есть.

Герцог посмотрел на неё. — Что бы ни случилось в Испании, Кросс и Мобрей были в этом вместе. Они подтверждали рассказ друг друга.

— Не в первый раз сообщники по преступлению или заговору заканчивают тем, что один убивает другого, — пробормотала она.

— Ты думаешь, Кросс собирался предать капитана Мобрея, — сказал герцог.

— Думаю, Мобрей мог бояться, что Кросс его предаст. У него политические амбиции. А нет ничего опаснее человека с политическими амбициями и тайной. Она выразительно посмотрела на герцога. — Это не меняется, какой бы век ни стоял на дворе.

Алек перевёл взгляд на грифельную доску. — А зачем весь спектакль с языком, невидимыми чернилами и вырезанным на груди Кросса знаком?

Кендре пришлось задуматься. — «Спектакль» — возможно, точное слово, — сказала она наконец. — Немного театра, чтобы направить нас по ложному следу.

— То же самое ты говорила о Джерарде Холбруке, — напомнил Алек. — Мы уверены, что он больше не подозреваемый?

— Если не обнаружится другая связь между Холбруком и Кроссом, не думаю, что он наш человек. Она помедлила. — После разговора с леди Холбрук и Рут я поехала к Ларсонам.

Алек уставился на неё. — Ты сегодня не теряла времени.

— В тот момент это казалось разумным. Она постаралась не говорить оправдывающимся тоном. Извиняться за свою работу она не собиралась. — Нам нужно было выяснить, есть ли у них алиби на прошлую ночь.

— И есть? — спросил герцог.

— Ничего проверяемого. Я сказала, что Кросс убит, но никто не спросил как. И никто ничего не сказал, когда я спросила, знают ли они женщину по имени Магдалена.

— Странно, — пробормотал герцог.

— Именно! — Кендра указала на него пальцем. — Это естественные вопросы. Человек спрашивает их автоматически. Значит, либо Ларсоны — самая нелюбопытная семья на свете, либо…

— Что-то скрывают, — закончил Алек.

— Они совершенно точно что-то скрывают, — уточнила Кендра. — Магдалена связалась и с ними.

Герцог удивлённо посмотрел на неё. — Откуда ты знаешь? Только потому, что они не спросили…

— Это лишь дополнительный штрих. Главное — время. Мы знаем, что примерно месяц назад сэр Джайлс сжёг письмо Магдалены и после этого стал тревожным, виноватым или как это назвать. Примерно тогда же Бертель Ларсон перестал ходить в магазин, якобы из-за болезни.

Герцог кивнул. — Ты права, дорогая. Но что же случилось в Испании? — снова спросил он.

Кендра покачала головой. — Что-то достаточно неприятное, чтобы сэр Джайлс решил это скрыть. По моему опыту, у людей во власти тонкая кожа. Первым делом они пытаются замять всё, что считают скандалом. В конце концов, именно из-за сокрытия правды она сама оказалась в девятнадцатом веке. — Но сэр Джайлс не мог так просто похоронить это дело. Возможно, из-за Магдалены. Возможно, из-за Эверта Ларсона и его личной связи с семьёй.

— Но если Магдалена рассказала Ларсонам, что на самом деле случилось в Испании, почему они молчат? — задумался герцог. — У них не было бы сомнений, как у сэра Джайлса. Это их сын. Они захотели бы, чтобы правда стала известна.

Кендра помедлила. — Возможно, им было недостаточно просто рассказать правду.

Несколько мгновений никто не говорил. В тишине было слышно лишь, как огонь в камине пожирает полено.

Герцог вздохнул. — Если твоя версия верна…

— Пока это только теория.

— …то кто из Ларсонов? Я не могу поверить, что убийца — миссис Ларсон. Значит, её сын или муж?

Кендра не собиралась исключать Астрид, но спорить не стала. — Как я сказала, хорошего алиби нет ни у кого. Мотив есть у всех. К несчастью, они очень близки. Стравить их не получится. Невиновный будет лгать, защищая виновного.

Она поставила пустую чашку на стол. Теперь уже слишком много кофеина, подумала она. Голова начинала болеть. — Нам нужно найти Магдалену. Она — ключ.

— Будем надеяться, мистер Келли её найдёт, — сказал герцог.

— Есть ещё кое-что, о чём стоит подумать, — медленно произнёс Алек. В его тоне было что-то такое, что заставило Кендру повернуться.

— Что?