— Я не забываю, — ответила Кендра. — Возможно, именно он стал спусковым крючком. — Она взглянула на часы и поставила чашку с кофе. — Но сейчас мне нужно поговорить с миссис Тёрнер. Может быть, без мужа рядом она наконец скажет, где Тёрнер на самом деле был в пятницу вечером.

Алек одолжил у мистера Болтона телегу с лошадью, чтобы отвезти её на ферму Тёрнеров. Но когда они приблизились, Кендра велела высадить её и оставшуюся часть пути прошла пешком. Женщины, которых бьют мужья, часто пугливы, особенно рядом с незнакомыми мужчинами. Кендра и так ожидала, что беседа потребует предельной осторожности, и не хотела создавать дополнительных препятствий.

Приближаясь к дому, она подумала, что ферма выглядит точно так же, как в прошлый раз. У покосившегося сарая клевали землю куры — только теперь их было на одну меньше.

День стоял прохладный, но солнечный. Пока Кендра дошла до дома и постучала, ей стало жарко под бархатным пелиссом и бело-голубым прогулочным платьем с узором пейсли. Она подождала. Постучала снова и прислушалась. Ей почудилось, что по ту сторону двери слышно чьё-то дыхание.

— Миссис Тёрнер, — позвала она и снова постучала. — Это Кендра Донован. Мы встречались на днях. Герцог Элдриджский... он мой опекун. — Господи, ей двадцать шесть лет; называть герцога своим опекуном казалось нелепым. — Миссис Тёр...

Дверь распахнулась так внезапно, что Кендра от неожиданности отступила.

Миссис Тёрнер вцепилась в край двери и тревожно смотрела на неё аквамариновыми глазами.

— Вам нельзя здесь быть.

Кендра внимательно оглядела тонкое лицо женщины. Синяк уже изменился с фиолетового на синевато-зелёный. На ней был чепец и то же выцветшее платье, что в прошлый раз, поверх — присыпанный мукой фартук.

— Мой муж... — начала миссис Тёрнер.

— На рынке. Я знаю. Поэтому и пришла. Мне нужно с вами поговорить.

Миссис Тёрнер отчаянно замотала головой.

— Нет! Он рассердится. Он не любит, когда ко мне приходят. И-и у меня дела по дому. — Она начала закрывать дверь, но Кендра шагнула вперёд, вставив ногу между дверью и косяком.

— Пожалуйста, миссис Тёрнер. — Она поймала взгляд женщины. — Мне необходимо с вами поговорить. Это важно.

— Мне нечего вам сказать.

Кендра знала, что без труда сможет протиснуться в дом силой, но так поступать было нельзя. Сила — именно то, к чему миссис Тёрнер привыкла. Кендра намеренно убрала ногу и отступила.

— Думаю, вам есть что сказать, даже если вы этого пока не понимаете, миссис Тёрнер, — тихо произнесла она. — Пожалуйста.

Миссис Тёрнер молчала. Кендра сочла хорошим знаком то, что дверь перед ней пока не захлопнули.

— Этот разговор останется между нами, только вы и я, — пообещала она ровным тихим голосом, словно приближалась к дикому зверьку, угодившему в ловушку. — Как вас зовут?

Миссис Тёрнер нахмурилась, не понимая.

— Ваше имя? — уточнила Кендра. Для того чтобы человек опустил защиту, ощущение близости имело значение. — Называйте меня Кендрой.

В аквамариновых глазах что-то мелькнуло.

— Флора, — наконец прошептала миссис Тёрнер.

Кендра заставила себя улыбнуться.

— Флора. Красивое имя.

Флора ничего не ответила. Во взгляде оставалась настороженность загнанного человека.

— Мне нужно с вами поговорить. Можно войти? Три человека погибли, Флора...

— Три?

Кендра уставилась на неё.

— Вы не знали?

Флора покачала головой.

— Миссис Стоун и её экономку убили, — сказала Кендра.

Рука Флоры взлетела к горлу.

— Господи. Как?

— Можно мне войти?

Флора помедлила, потом отступила от двери.

— У меня всё равно полно работы. Мистер Тёрнер может вернуться в любую минуту.

— Спасибо.

Кендра вошла следом. Дверь вела прямо в просторную кухню. Солнечный свет лился через два окна на побелённые стены и дубовые шкафы, где стояли миски с луком, картофелем и репой. У каменного очага Кендра заметила деревянное ведро с сероватой водой, из которого торчала стиральная доска. Перед огнём сушилась мужская рабочая рубаха. У стены стояла чугунная плита, гораздо меньше той, что была в Элдриджском замке или даже в «Зелёной деве». Она слегка кренилась набок — вероятно, одной ножки не хватало; вместо неё кто-то подложил камень. На конфорке стояла кастрюля. Пахло корицей, гвоздикой, яблоками и чем-то пряным.

Флора поспешила к массивному дубовому столу посреди комнаты, занимавшему почти всё пространство. Столешница была присыпана мукой; на ней лежали скалка, большая глиняная миска с мукой и, судя по виду, двумя кусками свиного сала — Кендра узнала густую белёсую массу по времени, проведённому на кухнях Элдриджского замка, — а также две меньшие ёмкости с крышками. Теперь миссис Тёрнер сняла крышку с одной, открыв соль или сахар. Взяла щепотку и бросила к муке и салу.

— Ваш муж был дома в прошлую пятницу между тремя и шестью часами дня, Флора? — спросила Кендра.

Женщина помедлила и принялась закатывать рукава. Кендра снова увидела синяки, кольцом охватывавшие запястье, прежде чем Флора опустила руки в смесь муки и сала и начала месить.