Он пошёл дальше, дождался возле пустого участка, пока Джеймс справит нужду, и направился обратно.

Домой…

Всего несколько дней назад они больше всего на свете мечтали наконец обзавестись собственным домом.

Местом, принадлежавшим только им, где можно было делать всё, что захочется.

Теперь же при одной мысли об их доме, внезапно превратившемся в его дом, желудок Марко сжимался.

Нет.

Это больше не было его домом.

Даже если не учитывать, что в одиночку он не сможет выплачивать ежемесячные взносы, Марко уже никогда не почувствует себя здесь спокойно.

Напротив, оказавшись перед дверью, он ощутил внутреннее сопротивление при одной мысли, что придётся войти и снова запереться внутри.

Больше всего хотелось немедленно переехать в гостиницу.

Но он должен был остаться.

Из-за Эмилии.

Едва повесив куртку и отстегнув поводок Джеймса, Марко достал телефон и позвонил старшему комиссару Грефен.

— Есть новости? — спросил он сразу, как только она ответила.

— К сожалению, пока нет.

— Криминалисты что-нибудь нашли? В доме Бернхарда или у меня?

— Нет. Ничего, что помогло бы нам продвинуться.

Голос Грефен звучал почти обречённо.

— А моя дочь? Поиски дали какой-нибудь результат?

— Господин Винклер, могу заверить: мы делаем всё возможное.

— Возможно, но вы по-прежнему не продвинулись ни на шаг. Я не могу в это поверить! Так не бывает!

Последние слова Марко почти прокричал.

На другом конце возникла пауза. Он слышал дыхание полицейской.

Затем Грефен спокойно ответила:

— Господин Винклер, я понимаю ваше состояние, но расследование не пойдёт быстрее от того, что вы на меня кричите.

— Вы правы. Простите.

Марко действительно сожалел. Последние часы совершенно его истощили.

— Сейчас мы находимся в офисе NeSiba GmbH в Карлштадте и проверяем окружение семьи Кампер. Возможно, здесь удастся продвинуться.

— Значит, вы больше не считаете, что преступник живёт в посёлке?

— Мы продолжаем рассматривать все версии. И хотя вы этого, возможно, не замечаете, мои коллеги прямо сейчас находятся в Ауф-Монсе и опрашивают жителей. Мы не пропустим никого.

Грефен продолжила:

— В пользу близости преступника к месту убийств говорит скорость, с которой совершаются преступления. Для серийного убийцы такой темп крайне необычен. С другой стороны, жителей в посёлке пока совсем немного. Если убийца — один из них, он должен понимать, что следствие очень скоро может выйти на его след. Кроме того, ему каким-то образом пришлось доставить госпожу Кампер и госпожу Кин на место преступления — в соседний с вами дом, — рискуя быть замеченным и опознанным как местный житель. Поэтому версия о ком-то из Ауф-Монса кажется мне менее вероятной.

— Но если он был в маске, никто не смог бы его узнать… Что вы будете делать дальше?

— Всё, что в человеческих силах. Обещаю вам.

Вскоре разговор закончился.

Уже наступил вечер, и Марко решил открыть бутылку вина.

Он понимал, что алкоголь ничего не исправит и, возможно, лишь ухудшит его состояние. Но даже ничтожная надежда на то, что лёгкое опьянение немного притупит боль, заставила его сделать это.

Джеймс неотступно ходил за хозяином и ни на секунду не выпускал его из виду.

Наконец Марко отправился на кухню и наполнил собачью миску кормом. На этот раз он даже не стал взвешивать порцию, как делал обычно.

Пока Джеймс ел, Марко открыл встроенный в кухню винный холодильник и выбрал граубургундер.

Вскоре он сидел в гостиной с открытой бутылкой и наполовину наполненным бокалом.

Джеймс одним прыжком оказался на диване и улёгся рядом с бедром хозяина.

Обычно ему запрещалось забираться на мебель. Будь Инес рядом, она тут же прогнала бы его.

Но Инес не было.

И больше не будет никогда.

Марко взял пульт и включил телевизор.

Некоторое время бесцельно переключал каналы: бессмысленные реалити-шоу сменялись дурацкими телеиграми, затем скучными репортажами о вещах, которые его совершенно не интересовали.

В конце концов он сдался, небрежно бросил пульт на стол и сделал большой глоток.

На экране шло какое-то ток-шоу, но Марко почти не различал лиц и не понимал, о чём говорят участники.

Примерно через час, допив всю бутылку, он выключил телевизор и, слегка пошатываясь, подошёл к двери на террасу.

Открыл её и жестом велел Джеймсу выйти.

Лабрадудль послушался.

Наблюдая, как пёс поднимает лапу возле ближайшего куста, Марко опирался на дверную раму.

Из-за алкоголя в голове клубился почти такой же туман, как на улицах посёлка.

Наконец Джеймс вернулся в гостиную и остановился рядом, ожидая хозяина.

Марко погасил свет и поднялся наверх.

Даже не заходя в ванную, он разделся в спальне и рухнул на кровать.

Прежде чем выключить лампу, долго смотрел на пустую половину рядом.

Затем Джеймс устроился на месте Инес.

Марко нажал выключатель.