Вино спутало мысли.

Они по-прежнему вращались вокруг Инес и Эмилии, но прежде, чем боль успевала полностью завладеть им, перед глазами возникали посторонние образы.

Марко было всё равно.

Он не сопротивлялся.

Вскоре его поглотил тяжёлый сон.

Первым, что он услышал, было странное низкое рычание Джеймса.

Марко попытался открыть глаза, но веки поднимались лишь с огромным усилием.

И всё же он различил тень, стоявшую рядом с кроватью.

На этот раз сомнений не было.

Там действительно находился человек.

Пульс Марко подскочил. Тело задрожало от страха.

Он хотел резко перекатиться, отдалиться от фигуры, стоявшей совсем рядом.

Однако даже с невероятным усилием смог сдвинуться лишь совсем немного.

Паника усилилась.

Что с ним происходит?

Неужели его парализовало?

Снова послышалось низкое рычание Джеймса.

То, что пёс не вскочил и не залаял, заставило Марко предположить: он находится в таком же состоянии.

Наверное, человек возле кровати чем-то одурманил их обоих, пока они спали.

Сквозь страх Марко почувствовал землистый запах сырости и затхлости.

А затем услышал голос.

— Вы должны уйти!

Безжизненный шёпот звучал настолько жутко, что Марко пробрал ледяной холод.

— Вы все должны покинуть посёлок. Скажи им, что они обязаны уйти… немедленно. Все. Пока ещё не слишком поздно.

Ни одна дверь не остановит его, и ни один замок. Оно может убить любого, кого захочет. Ты это знаешь. Скоро узнает и твоя дочь, если ты не сделаешь того, что должен.

Ты обязан действовать, пока не поздно! Если через два дня они не уедут, туман над холмом станет гуще, чем когда-либо прежде. То, что поднимается снизу, найдёт каждого, кто останется здесь. Оно заберёт всех.

А на тебя падёт тень глубокой боли.

Ты слышал это в стенах… Она это видела, и это был не сон.

Время истекает.

Понимаешь?

Вы все должны уйти. Скорее!

И ты тоже — прежде чем придётся заплатить собственной кровью.

Как заплатила твоя жена.

Тень зашевелилась и наклонилась. Рот незнакомца оказался возле самого уха Марко.

Запах сырости и затхлости усилился.

Марко хотел отвернуть голову, резким движением бросить тело на другую сторону кровати, но, как ни старался, ни один мускул не подчинялся.

Голос прозвучал снова — ещё тише, но Марко отчётливо разобрал каждое слово:

— Смерть совсем близко.

ГЛАВА 29

 

Он лёг спать довольно рано.

Последние дни оказались для него слишком тяжёлыми. Оставаясь дома один, он часто плакал.

Теперь внутри такая пустота, словно кто-то вырвал из тела душу.

Всё, что составляло его жизнь последние сорок лет, всё, что определяло её, уничтожено в одно мгновение.

Возможно, из-за прихоти безумца.

Из ненависти к людям.

Или по какой-то другой причине.

Да и какое теперь имеет значение, почему этот безумец так жестоко лишил жизни человека, который был центром всего его существования?

Практически с тех пор, как он себя помнит.

Да, в последнее время она стала немного странной, но это ничуть не умаляло счастья, которое он испытывал рядом с ней всю жизнь.

Она была самой доброй и любящей, самой понимающей и нежной женщиной, какую только можно представить.

Теперь он один.

Как ему продолжать жизнь, неотъемлемой частью которой она была всегда?

Жизнь, к которой она принадлежала незыблемо и безусловно?

Нет.

Такую жизнь невозможно назвать жизнью.

И впервые с тех пор, как её у него отняли, он думает, что существует лишь один способ снова быть рядом с ней.

Не в этом мире.

Но что ему вообще здесь осталось?

Он будет размышлять об этом в ближайшие дни.

И по ночам, когда, как сейчас, он лежит без сна, потому что за всю взрослую жизнь почти никогда не спал без неё рядом.

А последние годы всегда знал: она спит в соседней комнате.

Какой-то звук заставляет его повернуть голову.

Он донёсся откуда-то из-за пределов спальни, но определённо из дома.

Вот снова.

На этот раз ближе.

Возможно, прямо за дверью.

Он нащупывает возле себя выключатель прикроватной лампы и нажимает.

Ничего не происходит.

Комната погружена в сумрак, в котором всё же можно различить очертания предметов.

И дверь, которая теперь бесшумно распахивается внутрь.

Он слегка приподнимается, как раз вовремя, чтобы заметить движение в открытом проёме.

Фигура.

Она медленно входит в спальню.

Ещё мгновение назад он думал о том, чтобы покончить с собой.

Но теперь, когда он догадывается, кто входит в комнату, чувствует, как сердце болезненно колотится о рёбра.

Ему страшно.

Смертельно страшно.