Откуда он знает? Может я лудоман?

— Удобно. А ваша выгода?

Армин помедлил, откинулся обратно, удобно устроившись в расслабленной позе, словно никуда не торопился.

А мне вдруг стало тесно. Карета была просторной, он не приближался, но я слишком хорошо чувствовала, сколько места занимает этот человек.

— Пожалуй, свои мотивы я пока оставлю при себе.

— Вы предлагаете мне согласиться на сомнительное предложение и отказываетесь даже объяснить, зачем вам это нужно?

— Именно, — подтвердил он.

Он не стал прямо говорить, что у меня нет выбора, но эти слова повисли в воздухе. Сколько у меня уже проблем накопилось?

Клайв, брошь, угроза жалобы. Восемнадцать золотых, которые я едва собрала. И теперь триста. Либо же отчисление из академии и в перспективе долговая тюрьма.

Без образования не будет даже шанса вернуть наследство. Все драконы с титулом оканчивают именно эту академию. Это правило и исключений из него не допускают. Если какого-то нерадивого тупицу отчислили, право наследования может перейти к побочной ветви.

На практике таких случаев было ничтожно мало, но… У меня обстоятельства как раз располагали.

— Вы хорошо выбрали момент, — процедила я.

Он не стал возражать.

Я отвернулась к окну. Мимо прошла пара, мужчина придерживал над спутницей зонт. У людей был обычный вечер. Наверное, даже без договоров о подставном долге.

— Если я откажусь?

— Сегодня вас отвезут в академию. Требование останется у меня.

— И вы предъявите его?

— Порядок урегулирования придётся обсуждать отдельно. Обещать, что бумага исчезнет сама собой, я не буду.

По крайней мере, не изображал бескорыстного спасителя.

— Срок? — спросила я.

— Предлагаю год. Продление — только по взаимному согласию.

— И как мы расстанемся?

— Порядок расторжения будет включён в соглашение. До свадьбы вы увидите все документы.

Я снова посмотрела на него.

— Никаких супружеских обязанностей, кроме заранее оговорённого поведения на людях. Я продолжаю учиться, занимаюсь своими делами. Наследство отца, если я добьюсь его возвращения, остаётся моим.

— Мне не нужно ваше наследство.

Он отвечал без насмешки, и это немного помогало. Я всё ещё ждала, что сейчас выяснится: самые важные условия подразумевались исключительно на словах.

— Прекрасно. Значит, вписать это будет нетрудно.

— Нетрудно.

— И долг списывается полностью. Не откладывается до первой ссоры. Не возвращается, если вам не понравится моя причёска.

Он недоумённо выгнул брови и посмотрел на мои волосы, а у меня предательски потеплели щёки. С чего бы? Снова рефлексы Азалии, привыкшей комплексовать из-за цвета волос?

— Причёску можете выбирать самостоятельно, — сказал Армин. — Прекращение требования оформим письменно.

И снова всё совершенно невозмутимым тоном. Как будто это не он только что поставил меня перед выбором между огромным долгом и свадьбой.

Но теперь у меня хотя бы появились условия, за которые можно было зацепиться. И возможность получить время, средства, помощь специалиста.

Вернуть своё. Добраться до документов, которые Клайв так не хотел показывать.

Кузен будет в восторге. Особенно когда выяснит, что вместо послушной родственницы получил человека, способного оплатить услуги юриста.

Я выпрямилась.

— Пришлите договор.

Он постучал в стенку кареты и назвал адрес академии. Экипаж тронулся.

Я ни на грамм не доверяла мужчине напротив. Судя по реакции адепток на его портрет в газете, жениться он мог на любой. Но выбрал девушку в самом отчаянном положении, которое только можно представить.

В нём есть не только двойное, но и тройное дно…

Но сейчас он определённо кажется меньшим из зол. Главное — потом не пожалеть о своём выборе.

Глава 18

Глава 18

В брачном договоре было семь страниц. Удивительно, сколько бумаги требуется двум людям, которые заранее собираются развестись.

Я перевернула последний лист, потом вернулась к первому. Армин сидел напротив и терпеливо ждал.

Было слегка не по себе из-за того, что мы снова остались наедине, но поверенный, предоставивший нам кабинет, оставил на столе чернила и вышел по его просьбе.

— Всё ещё не хотите объяснить, зачем вам это нужно?

Армин посмотрел на меня даже слишком внимательно. Тёмные глаза за стёклами очков блеснули. Похоже, отвечать он всё же не хотел.

— Так мне было бы значительно легче подписать бумаги, — сказала я.

Он усмехнулся одним уголком губ. Такая лёгкая ухмылка, которая вообще не разряжает атмосферу.

— Вы слышали о фонде содействия пробуждению дара?

Снова этот фонд. Помню… Отец Азалии обращался, но его вежливо послали куда подальше.