Меня тут же обдало прохладным воздухом, и я огляделся. Квартира Картер была оформлена в этом стиле «потертый шик»: белый мягкий диван, заваленный миллионом декоративных подушек, и новенький деревянный журнальный столик, который специально состарили и поцарапали. Я всегда считал такой стиль глупым, но ей он почему-то подходил. Еще я заметил, что повсюду валялись бумага, клей, блестки, ножницы и прочая подобная ерунда.

— Извини за бардак, я делаю украшения для класса.

Она наклонилась, пытаясь разобрать последствия своего творческого взрыва, а я старался не пялиться на ее задницу. Взгляд Картер метался между бумагами, которые она пыталась сложить в стопки, мной, капкейками и снова ее стопками.

— Можешь поставить их сюда, наверное, — сказала она, кивнув на коробки. — Хочешь один?

Я прочистил горло.

— Эм, нет, спасибо. Завтра я снова начинаю тренироваться, так что мне нельзя рафинированный сахар.

Она резко повернула голову в мою сторону и уронила несколько листов из стопки.

— Тебе вообще нельзя сахар? Совсем?

Она выглядела так, будто я только что признался, что убиваю маленьких пушистых котят.

— Пока тренируюсь.

— Какой ужас. Давай я отнесу их на кухню, чтобы запах тебя не мучил.

Она забрала коробки из моих протянутых рук, старательно избегая прикосновения ко мне. Немного повозившись, она все же благополучно донесла их до кухонной стойки.

— И, кстати, спасибо. В «Спринклс» делают мои любимые капкейки. Садись, пожалуйста.

Я опустился на ее девчачий белый диван и мысленно помолился, чтобы ничем его не испачкать.

— Да, Лиам так и сказал. Он еще кое в чем вправил мне мозги.

Я прочистил горло и быстро выпалил следующие слова, не встречаясь с Картер взглядом.

— Слушай, мне правда жаль, что я вел себя с тобой как мудак. У меня сложилось совершенно неправильное представление о том, какая ты, но это была моя проблема. Ты здесь вообще ни при чем.

Картер вернулась с двумя бутылками воды. Протянув одну мне, она плюхнулась на другой конец дивана и подозрительно прищурилась.

— И кем именно ты меня считал?

Я почувствовал, как по спине скатилась капля пота. Открутив крышку бутылки, сделал глоток, выигрывая время и пытаясь придумать правдивый ответ, который при этом не выставлял бы меня тем осуждающим мудаком, которым я, безусловно, являлся.

— Я вижу много девушек, которые крутятся возле Лиама. Большинство из них ищут кого-нибудь с толстым банковским счетом, чтобы он покупал им дизайнерские шмотки. Или кого-нибудь, кто сделает их знаменитыми. А еще лучше — того, кто может и то, и другое.

Картер слегка нахмурилась, внимательно меня изучая. Почему у меня возникло ощущение, будто она видит меня насквозь, до самой глубины души? Я неловко поерзал.

— Такое чувство, что это еще не вся история, — сказала она.

Я издал нечто среднее между смешком и кашлем.

— Ну…

Я начал отдирать этикетку от бутылки.

— Ты еще немного напоминаешь мне кое-кого.

На губах Картер заиграла едва заметная улыбка.

— Бывшую?

— В точку.

Признавать, что я вел себя как полный мудак с девушкой, которая вполне могла оказаться матерью Терезой в невероятно сексуальном теле, только потому, что что-то в ней напоминало мне Хейли, было неприятно. Господи, каким же я был придурком.

— Она тебя жестко подставила?

Я замешкался с ответом, потому что взгляд снова зацепился за чертовски длинные ноги Картер, переплетенные так, словно она была долбаным кренделем. Кожа у нее была молочно-белая, и мне вдруг захотелось протянуть руку и проверить, такая ли она гладкая, какой кажется. Когда я наконец оторвал взгляд от ее ног и посмотрел ей в лицо, щеки Картер уже заливал румянец. Я заставил себя вернуться к разговору.

— Да. Подставила.

— Боже, только не надо так много рассказывать, а то я устану слушать.

Я усмехнулся ей в ответ, но в моей улыбке было что-то слегка хищное.

— Я не люблю об этом говорить. И, если честно, особо рассказывать нечего. Она мне изменяла. Не один раз. Я все закончил. И теперь держусь от подобного дерьма подальше.

Между бровями Картер пролегли складочки.

— От какого подобного?

Она даже слово «дерьмо» не могла произнести. Я подавил рвущийся наружу смех.

— Я не хожу на свидания.

У нее отвисла челюсть.

— Вообще? Как с сахаром?

На этот раз я не сдержался и рассмеялся. Она выглядела так, словно ей только что сообщили, что Санта-Клауса не существует.

— Именно как с сахаром. Никаких девчонок во время тренировок. Ну, разве что чтобы немного снять напряжение.

Щеки Картер вспыхнули.

— Эм… ну, главное, чтобы тебя устраивало.

Я ухмыльнулся. Она была такой чертовски невинной, что я очень надеялся: этот город ее не испортит.

— Слушай, мне правда жаль, и я бы очень хотел, чтобы мы могли начать сначала.

— Начать сначала? — Она произнесла это так, будто говорила на иностранном языке и не до конца понимала значение этих слов.