А спустя несколько часов на свет появляется моя дочь. И ее глаза — самое прекрасное, что я когда-либо видела. Прижимаю ее к своей груди, сама не понимаю, что плачу. Она забавно тыкается носом в мою грудь, словно слепой котенок. Надрывно кричит, и на ее висках выступают едва заметные светлые чешуйки.

Моя дочь — дракон.

И лучше бы этого никому не видеть.

Впрочем, целительнице до нас дела нет. Проходит всего несколько часов после родов, как она недовольно велит:

– Уходи. Здесь у меня не приют.

__

Дорогие читатели! Приглашаю вас в свой ТГ-канал, где я публикую спойлеры к книгам, дополнительные визуалы, устраиваю розыгрыши и немного рассказываю о себе. Называется Анна Рейнс | Страница автора. Можно найти, набрав в поиске annareigns в самом Телеграме :) 9. Глава 4

– Уходить? – пересохшими губами спрашиваю я. Дочь безмятежно спит на руках, а я все смотрю на нее. Не могу налюбоваться. Красивая. Маленькая такая и беззащитная. Целый мир.

– Ага, – кивает она. – Я тебя подлатала. Не развалишься по пути. Ты девка молодая…

Тело все еще болит, но ощущается непривычно легким. Смотрю в окно, где до самого горизонта нависли тяжелые облака. Где-то через час начнет темнеть. Если пойду сейчас, то успею попасть домой до заката.

Раз целительница сказала, что можно…

Принимаюсь одеваться. Одежда грязная, влажная. Кое-где виднеется кровь. Дочь беспокойно ворочается на смятых простынях, а затем начинает громко кричать. Все пытаюсь придумать имя, но ни одно не кажется достаточно… достаточно.

Может, в честь мамы назвать? Тайла.

– На груди удобнее будет нести. Давай покажу, – женщина дает мне широкий обрез ткани и ловко крепит ее за моей спиной. Дочь оказывается прижата к груди. Почти сразу засыпает, и я надеваю сверху зимнее пальто. Запахиваю так, чтобы ни капли тепла не выпустить.

Сую в руку целительницы монету, что прихватила с собой. Благодарю.

– Берегите друг друга, – бурчит она, отводя взгляд. Слово это короткое проявление человечности вдруг кажется ей чем-то недостойным. Слабостью.

– Обязательно, – слабо улыбаюсь я.

Покидаю ее дом и направляюсь в лес. Шагаю тяжело. Тело слабое, болит, ноет. Стараюсь не торопиться. Давать себе время на отдых.

Поднимается сильный ветер. Кидает в лицо снег, забирается под юбку, заставляет слезиться глаза. Преодолевать сопротивление становится все сложнее. В какой-то момент я поднимаю голову и с возрастающей тревогой понимаю, что не знаю, где нахожусь.

Оглядываюсь по сторонам, затем назад, но шаги стремительно заметает, оставляя после себя лишь белую целину.

Тайла на моей груди начинает плакать, словно мое беспокойство передается и ей. Мое сердце заходится от страха, в горле застревает ком. Буря усиливается, обступая меня со всех сторон.

Нужно вернуться. Сколько я уже иду? Десять минут? Двадцать?

Поворачиваю назад и едва не падаю от резкого порыва ветра. Он срывает с головы платок, уносит его между деревьями. Ужас — первобытный, дикий охватывает меня до самого нутра.

– Пожалуйста, пожалуйста, – молюсь я неизвестно кому. По щекам текут слезы, а в голове лишь одна мысль. Лишь бы выбраться. Лишь бы с Талией все было в порядке.

Стихия безжалостно бушует, мотая мое ослабевшее тело из стороны в сторону. А я совершенно потерялась. Не знаю, откуда пришла, куда идти. Крик малышки только разгоняет панику по венам.

Замечаю поваленную ель и иду к ней, от страха не чувствуя ног.

Переждать. Нужно переждать. Спрятаться.

Залезаю под раскидистые ветви, сворачиваюсь калачиком, пытаясь сохранить тепло. Взмокшая одежда быстро остывает. Меня колотит от страха, ужаса, безнадеги. Плачу не прекращая. Я мечтаю о любом спасении. Любой помощи. Даже если не для себя.

Но слышу лишь завывания ветра. Натужный скрип деревьев. И хриплый, сорванный крик моей малышки.

Тело трясется, становится будто чужим. В сон нестерпимо клонит.

И я закрываю глаза. Всего на секунду.

Всего на…

Вера

Автобус резко останавливается, и я больно ударяюсь головой о стекло. Резко просыпаюсь и провожу рукой по мокрым щекам. Тело трясется, в груди нестерпимо ноет. Горько. Обреченно.

Это не моя боль. Ее. Но я чувствую ее как свою.

Хочется куда-то бежать. Помочь, спасти. Сердце заходится, мышцы напрягаются. Вижу свою остановку и подхватываю вещи. Чемодан ездила покупать. Чувствовала радость и предвкушение. А сейчас мне хочется его разбить об асфальт. Закричать на всю улицу.

Все же не могло закончиться… так?

Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. Это уже не просто в моей голове. Это мои самые дорогие люди. Моя семья.

Домой бегу со всех ног. Поднимаюсь на свой этаж, перепрыгивая через ступеньку. Пытаюсь отпереть дверь, но она уже… открыта.

Медленно отворяю и тихо зову:

– Алена, это ты?

Я дала сестре вторую связку ключей, когда она приходила в прошлый раз. А потом забыла забрать. Никто не отвечает, и я распахиваю дверь. Захожу внутрь. С порога вижу, что с квартирой что-то не так. Обувь раскидана, шкафы открыты, и их содержимое валяется на полу.

Воры?