— Тебе кажется нормальным учиться в одном из самых престижных университетов мира и даже не ходить на занятия? Иметь единственного друга — десятилетнюю девочку — и рассказывать мне о французских проститутках, с которыми ты переспал?

— О боже, Аврора, не своди всё к сексу! Они были моими подругами. На самом деле я платил им за разговоры и за компанию на час. Это были одинокие дни в Париже.

По её убийственному взгляду я понимаю: сказал я явно не то.

— Знаешь, что я думаю о тебе, Дионис?

Её внезапно спокойный и усталый тон заставляет меня заёрзать на сиденье.

— Я бы предпочёл не знать.

— Всё равно скажу.

Мой разум действует быстрее, чем я успеваю подумать. Я распахиваю дверь машины, пока она едет по дороге.

— Тогда я выйду здесь, спасибо.

Аврора вскрикивает и на несколько секунд теряет контроль над машиной — её ведёт влево.

Её крик заставляет меня закричать в ответ.

В итоге мы оба орем, а я всё ещё держусь за открытую дверь.

Машина сзади сигналит нам.

— Немедленно закрой!

Я послушно закрываю дверь, а Аврора выпускает воздух через сжатые губы. Костяшки её пальцев белеют — она так сильно сжимает руль, будто от этого зависит её жизнь.

Она продолжает ехать молча, и я понимаю: мне нужно замолчать, дать ей время успокоиться и всё переварить.

Мне просто нужно было как-то отвлечь её от того мнения обо мне, которое она собиралась высказать. Я до ужаса боюсь, что люди, узнав меня поближе, сразу поймут, что я скрываю.

Мне не нравится, когда люди видят мои слабые места, и я уверен, что Аврора достаточно умна, чтобы уже всё понять.

Но одно дело — когда это остаётся просто мыслью в её голове, которую она никогда не подтверждает. И совсем другое — услышать это вслух.

Это вещи, о которых даже я сам стараюсь не думать.

Почему мы вообще постоянно пытаемся заниматься самоанализом? Выяснять, что движет другими людьми? Какая разница.

Занимайтесь своими делами.

— Ты даже не собираешься извиниться? — резко спрашивает она, нарушая тишину.

Я бурчу:

— За что?

Она что-то недовольно бормочет себе под нос.

— Послушай, блондиночка, это напряжение между нами…

Я вздыхаю и несколько раз показываю рукой между нами.

— Эта атмосфера. Немного ненависти, за которой скрывается желание. Это нужно решить. Почему бы нам не сходить куда-нибудь вместе?

Она начинает смеяться.

— Что ты сказал?

— Сходим. Переспим. Не знаю… снимем напряжение!

— Дионис, — она всё ещё смеётся, произнося моё имя, — то «напряжение», которое ты чувствуешь, появилось потому, что ты силой залез в мою машину, а потом попытался выпрыгнуть из неё на ходу. И всё.

— «На ходу», — повторяю я. — Ты ехала двадцать километров в час. Ты водишь как старушка. Немного нажми на газ, давай.

— И вообще, ты не можешь приглашать девушку на свидание… вот так!

— Не могу? Ну, ты привлекательная. Очень. И я тоже привлекательный. Это могло бы сработать.

Она поперхнулась смешком.

— Как?

— Ты не находишь меня привлекательным? Ни капельки?

Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на себя в зеркало заднего вида.

— Да, у меня есть мешки под глазами, и я бледный как бетон, но я не урод.

— Дионис, — отчитывает меня она.

— Что? Ты бы не переспала со мной? Без обязательств?

Она пытается не рассмеяться.

— Почему бы тебе просто не замолчать? Ты намного приятнее, когда молчишь.

Я скрещиваю руки на груди и надуваюсь.

— Видишь?

— Что?

Я растерянно смотрю вниз, на свой костюм и ужасный ремень, прижатый сверху. Поднимаю его рукой, удерживая подальше от пиджака.

— Вот теперь да. Твой ремень портит ткань.

— В любом случае…

Аврора останавливается на первой парковке, которую находит рядом со школой Сторми.

— Я не ненавижу тебя, Дионис. Сегодня просто тяжёлый день. А ты очень часто бываешь немного неуместным. В обычные дни я могу это пережить и не обращать внимания. Но сегодня мне есть о чём ещё заботиться, понял?

— Ну, я могу тебе помочь. Что тебе нужно?

Я опускаю голову на центр руля, оставаясь так — прижавшись лбом к нему.

— Посмотрим… Мне нужно забрать вещи из прачечной, потому что у нас даже времени нет постирать одежду.

Я морщусь.

— Ладно, это я пропущу. Слишком скучно. Ещё?

— Мне нужно срочно найти няню, потому что сегодня маме особенно плохо, и мы с папой хотим остаться рядом с ней. Но, с другой стороны, Сторми не может видеть её в таком состоянии и не может сидеть всё время в больнице. Она ребёнок. А ещё мне нужно…

— Я посижу со Сторми.

— Да, конечно.

— Я побуду её няней. У девушки моего кузена Аполлона есть квартира неподалёку. А остальные члены моей семьи гораздо ответственнее меня. Можешь забрать её когда угодно. Мы приготовим ей ужин, дадим воды, поиграем с ней — что угодно.

Она слегка поворачивает голову.

— Ты? Ты действительно хочешь всем этим заниматься?

— Мне не нравится этот тон. Я часто с ней в больнице. Что тебя удивляет?