— Дионсус, — останавливает меня она, протягивая руку с театральным драматизмом. — Я сижу на диване, я большая, я справлюсь. Мне не пять лет.

— Но…

Она толкает меня. Я совершенно не ожидаю такого жеста, поэтому слишком расслаблен, чтобы сопротивляться, и чуть не переворачиваюсь на пол.

Я резко вскакиваю.

— Если ты тоже не пойдёшь, я скажу Рори, что это ты научил меня ругаться. Вот тогда у тебя точно не останется ни единого шанса её завоевать.

Что?

— Ты с ума сошла? Я не хочу завоевывать твою сестру!

— Хорошо, хорошо, обсудим это спокойно в другой раз. А сейчас иди выбери лучший наряд, если хочешь победить.

Я прищуриваюсь.

— Только не говори ей, что это из-за меня.

Она ухмыляется с видом человека, который всё прекрасно понимает.

Да, это правда, я не хочу завоевывать Аврору.

Но только потому, что она слишком хороша для меня.

Серьёзно, в какой параллельной вселенной у меня получилось бы заполучить такую девушку?

Я всё ещё надеюсь, что у неё может появиться желание просто переспать без обязательств.

Меня бы это устроило.

Это был бы маленький кусочек рая, после которого меня бы снова вышвырнули обратно в ад.

Лиам хватает меня за руку и тащит в спальню Лав.

Аполлон сопротивляется сильнее всех, но объединённых сил Ареса и Хейдеса хватает, чтобы сдвинуть его с места.

— Не могу поверить, что я должен надеть одежду своей девушки, — бурчит он.

После получасового спора у каждого из нас появляется свой образ.

Весь гардероб Лав разбросан по двуспальной кровати, и, к счастью, её самой нет дома до завтрашнего утра — у неё ночная смена.

Аполлону придётся всё убрать, в конце концов, это почти и его квартира тоже.

Гермес подключает телефон к колонкам стереосистемы и выбирает трек из своего плейлиста для показа мод.

Именно он открывает шоу со своей неизменной Gasolina Daddy Yankee.

Он выбрал платье чуть выше колена — облегающее, с V-образным вырезом и жёлтого цвета.

Спина открыта, а платье завязывается вокруг шеи, где Хейдес попытался сделать ему красивый бант.

На ногах у него — пара босоножек на каблуке, которые он носит крайне неумело.

Они слишком маленькие, и пятка полностью вываливается наружу.

Он проходит через всю гостиную туда и обратно, время от времени останавливаясь, чтобы принять позу.

Судя по тому, как Сторми хлопает и подбадривает его, ей это безумно нравится.

— Ладно, теперь я. Освободите сцену, лузеры, — заявляет Арес, расталкивая всех, чтобы занять место.

Гермес включает ему песню Бритни.

Арес надевает джинсовую мини-юбку с низкой посадкой, которая на несколько размеров ему мала и даже не застёгивается.

Сверху — пастельно-зелёная блузка с пышными рукавами.

Ступни едва помещаются в пару вьетнамок.

Перед началом своего выхода он надевает солнечные очки.

Сторми внимательно изучает его, а потом, встретившись со мной взглядом, говорит:

— Вьетнамки — это просто ужасное падение стиля…

— Согласен, — отвечаю я.

Даже смотреть на них вызывает у меня тошноту.

Годы эволюции моды, люди, которые полностью меняли правила стиля… чтобы после 2000 года всё ещё носить вьетнамки.

Аполлон выходит как человек, которого ведут на эшафот.

Улыбка у него натянутая, и из-за неё он выглядит ещё более несчастным, чем выглядел бы без этой попытки казаться счастливым.

На нём белое льняное платье до пола.

Лиам собрал на себе набор вещей, которые вообще не сочетаются.

Чёрное пальто поверх коричневой толстовки и длинная юбка до щиколоток.

Хейдес выходит предпоследним.

На нём застёгнутая кожаная куртка, настолько тесная, что она подчёркивает его накачанные мышцы, чёрная юбка и высокие сапоги до колен.

Сбоку они расстёгнуты, потому что иначе он в них просто не помещается.

Когда наступает моя очередь, взгляд Сторми становится ещё ярче.

Я взял единственный элегантный костюм — пиджак и брюки, — который нашёл в шкафу.

Он чёрный, очень классический, но с ужасно сделанными швами.

Зато я настолько худой, что размер Лав для меня не такой маленький, как для тела моих кузенов и братьев.

Когда мы заканчиваем свои выходы, мы заставляем Сторми примерить каблуки Лав, необычные солнечные очки, браслеты и ожерелья.

Она говорит, что на нас это смотрится лучше.

Лиам воспринимает это как комплимент, не понимая, что его просто подкололи.

После окончания этого маленького спектакля мы выстраиваемся рядом друг с другом — как обычный американский бойбэнд — и ждём вердикта Сторми.

Сегодня вечером мы поставили на кон собственное достоинство.

Нас оценивает десятилетняя девочка, а на нас одежда девушки Аполлона.

Гермес держит пальцы скрещёнными.

— Выбери меня, выбери меня, выбери меня!

Как всегда.

— Победитель показа…

Она делает паузу, растягивая последнюю гласную.

Её щёки краснеют, как только взгляд останавливается на Хейдесе.

О нет.