Но Джонни Пекос? Казалось, он успел пройти через всё это за три коротких месяца, сдать каждый этап на отлично и уже был готов вступить во взрослую жизнь. В нём было больше уверенности, мышц и зрелости, чем в любом другом парне школы, включая других шифтеров.

Судя по всему, это было связано с его кровью… потому что он тоже был шифтером-пумой, и ходили слухи, что однажды он станет альфой.

Что вполне объясняло, почему Аманда становилась цвета свёклы каждый раз, когда встречалась с ним взглядом.

Подойдя ближе, она сосредоточилась на Саммер.

— Вы не идёте домой?

Шифтерша отбросила за спину красивую светлую гриву.

— Нун забирает свой инструмент, а нам ещё надо дождаться, когда за нами приедут. — Она нахмурилась и слегка сморщила нос от раздражения. — Теперь за нами следят как за младенцами.

Аманда украдкой покосилась на Джонни. Он смотрел в телефон, уперев одну ногу в стену за спиной. По крайней мере, так казалось. Она знала, что на самом деле он постоянно настороже и замечает малейшее движение вокруг.

— Из-за того…? Ну, ты понимаешь.

Саммер рассказала ей, что произошло на прошлой неделе, когда они решили устроить ночной пикник в лесу, а альфа Чёрного Клыка и несколько стражей их поймали. Аманда даже представить не хотела, каково это — получить нагоняй от существ вроде них.

Однажды в местной программе о знаменитостях утверждали, что альфа Каллахан чистит зубы косточками щенков.

— Не знаю… Всё как-то странно. — Вдруг шифтерша повернула голову к улице перед школой. Серебристый Hilux остановился у бордюра. — Вон они. Такое чувство, будто я снова в начальной школе. Боже, Нун! Теперь ещё и виолончель?

Нун фыркнула, волоча за собой огромный жёсткий чёрный футляр безошибочно узнаваемой формы виолончели. На ней ещё висел рюкзак, какая-то зелёная сумочка вроде несессера и ещё один, поменьше, футляр с её обычной скрипкой.

Она была очень похожа на Саммер: обе высокие, стройные и светловолосые. Но если Саммер выглядела так, словно вот-вот выйдет на подиум American Eagle, то Нун могла оказаться той самой девушкой с панк-фестиваля, которая сидит и плетёт косички вместе с несколькими незнакомками. У Саммер были высокие скулы и узкий нос, лицо Нун было более округлым, а её глаза всегда будто улыбались.

— У Розы фарингит. Мне придётся сыграть её партию на осеннем концерте.

Джонни забрал у неё футляр с виолончелью и без усилий перекинул через плечо. Телефон убрал в задний карман джинсов.

— Тебе придётся или ты сама вызвалась?

Нун лишь невинно моргнула. Саммер вздохнула.

— По-моему, у Розы никакого фарингита и близко нет. Она просто безалаберная.

Близняшки начали спорить, пока их не прервал оглушительный гудок. Из пассажирского окна Hilux энергично замахала мускулистая рука.

Саммер поцеловала Аманду в щёку.

— Нам достались самые нетерпеливые водители. Напишу тебе сегодня вечером.

— Подожди! — воскликнула девушка. — Ты ведь придёшь на мой день рождения, правда? Я знаю, у вас есть правила…

Это ещё мягко сказано. Аманда знала Саммер с десяти лет и успела выучить наизусть несколько нерушимых правил: например, ей нельзя было находиться за пределами территории стаи после наступления темноты — да и днём её выходы из-за соображений безопасности довольно строго контролировались, — а солнцестояния и равноденствия считались священными.

Ах да, и правило номер один: о Чёрном Клыке вопросов не задают.

Саммер замялась, но, немного подумав, решительно сказала:

— Да. Обещаю, Эми. Даже если мне придётся до конца жизни чистить картошку, я добьюсь, чтобы родители отпустили меня на твою вечеринку.

— Чистить картошку? В смысле?..

— Тебе ещё легко отделаться удалось, — проворчала Нун. — А мне приходится отскребать пригоревшие котлы, пока они снова не станут как новые.

Аманда решила, что это, должно быть, одно из дисциплинарных наказаний Чёрного Клыка. Если бы близняшки не были такими бунтарками, она бы и половины не знала о подобных вещах.

Потом она собрала всю свою смелость и подняла взгляд.

— А ты, Джонни?

Не отрывая глаз от Hilux, шифтер рассеянно кивнул.

— Если Саммер пойдёт, то и я пойду.

Саммер даже не моргнула. Словно то, что парень вроде Джонни заявляет, будто последует за ней куда угодно, было самым обычным делом на свете. Возможно, для неё так и было.

«Вот везучая», — подумала Аманда.

— Ты тоже приглашена, — быстро добавила она, обращаясь к Нун.

Но та покачала головой.

— Пас, — уверенно заявила она.

Когда близняшка ткнула её локтем в рёбра, Нун шумно вдохнула.

— Пас, но с огромной благодарностью.

Аманда невольно улыбнулась. Ей нравилось, насколько Нун была прямолинейной. Нравилось и то, что, несмотря на то что они были близняшками, обе оставались очень самостоятельными, со своими друзьями и собственными вкусами. И всё же друг для друга они всегда стояли на первом месте. Аманда до сих пор помнила, что произошло, когда в первом классе старшей школы трое людей сломали Нун скрипку.