— Так, Ниори, бери и иди в библиотеку, вард Итан всегда там по вечерам с бумагами сидит. Поднимешься наверх по лестнице и сразу в дверь пройдешь. Все, беги давай и возвращайся скорее, работы еще на час минимум.

Ничего не оставалось, как, подняв тяжеловатый поднос, пойти, как говорится, куда послали. И действительно, дверь нашла быстро, вошла и, мельком оглядевшись, сразу увидела стол. Поставив на него свой поднос с вечерними булочками, уже хотела уходить, как почувствовала необычный густой запах. Вкусный и такой сильный, что невольно остановилась. Пахло чем-то очень знакомым.

Яблоками!

Да, именно этот запах. Вот когда берешь свежий фрукт и надкусываешь, и появляется такой аромат. Запах свежих зеленых яблок с примесью чего-то густого и будоражащего сознание. Но откуда он тут? Покрутившись и осмотревшись, я замерла истуканом. В дальнем углу, закинув голову на спинку кресла, вальяжно развалился огромный мужчина. Его глаза были закрыты, а лицо напряжено. Между его ног на полу на коленях расположилась Гласа, что она там делала, двигая головой назад и вперед, и что держала в руках при этом, я даже думать не хотела.

Мерзко.

Сглотнув вязкую слюну и, наверное, покраснев до кончиков волос, я осторожно попятилась к двери, надеясь выскользнуть незаметно. Гласа наращивала темп, а вот мужчина странно завозился и вдруг выпрямился.

Я ускорилась, но не успела. Повернув голову, он впился в меня взглядом стальных глаз, тяжелым, немигающим и каким-то яростным. Вот теперь испугавшись по-настоящему, я выскочила за дверь и побежала обратно на кухню. При этом подсознание мне шептало, что ничего хорошего меня не ждет. И этот его полный ярости взгляд отольется мне в горькие слезы.

Вернувшись разве что не бегом на кухню, я ринулась чистить картошку и прочие овощи, лишь бы отвлечься самой и не привлечь внимание Каиры. Признаться, было жутко страшно, что она сейчас заметит мое состояние и начнет расспрашивать о произошедшем. А что я ей расскажу?

Что подсмотрела за вардиганом с его любовницей!

Да стыдоба. Все больше уходя в свои мысли, ожесточенно терзала морковку, старалась выместить на ней всю злость на себя. Вокруг парили приятные ароматы жареного мяса и зелени. Вдохнув, ощутила запах печеного хлеба…

И зеленых яблок!

Я чувствовала их везде, словно прицепился ко мне их аромат, впитался в вещи, в кожу. Старалась не думать об этом и даже не дышать лишний раз. Меня отпускало. Тело расслаблялось, и все уже не казалось таким ужасным.

Постепенно я успокаивалась, может, и не будет мне ничего. И как только эта малодушная трусливая мысль закралась в голову, так хлопнула дверь, и тяжелый низкий голос повелительно гаркнул:

— Все вон!

Я сорвалась с места одновременно с Каирой и практически выскользнула наружу, когда сильная рука, грубо толкнув, откинула меня обратно в комнату, а сверху раздалось злобное:

— Сидеть!

Глава 14

Я села. Вот как стояла, так и села мягким место на пол, поднимать голову было страшно. Отчего-то подумалось, что живой отсюда не выберусь. Я видела и раньше мужчин в гневе, и ни разу ничем хорошим для меня их гнев не обернулся.

— На стул сядь! — Столько злости и тихого бешенства.

Покрутив головой, я увидела стул совсем рядом с собой. Подтащив его за ножку ближе, словно древняя старуха привстала и присела на самый краешек, готовая сорваться на бег в любой момент. Украдкой взглянув на мужчину, натолкнулась на пылающие раскаленным серебром очи северянина, в которых разгорался лиловый пожар, грозя испепелить все вокруг. Но заставило подавиться собственным дыханием даже не это.

Его лицо, оно развоплощалось.

С него словно морок спадал, обнажая совсем иные черты. Словно кто-то другой выглядывал из-под маски, кто-то хищный и лютый. В панике, что он зацепится за мой взгляд, опустила глаза и зареклась вообще поднимать их выше его шеи. Мало ли кого я там увижу.

— Твое имя! — снова рыкнули сверху, внутри меня от страха все жилки затряслись, и голос совсем отказывался появляться, но не ответить было еще страшнее. — Я спросил твое имя, ты оглохла, девка?

— Ниори, — одними губами глухо промямлила я, думала, не услышит, но нет, слух у этого жуткого мужчины оказался замечательный.

— Кто тебя подослал?

Этот вопрос меня смутил. Что ответить-то? Сердце, пропустив пару ударов, завелось с новой силой. Выбраться бы, убежать отсюда. Надо, чтобы он успокоился и отвлекся. Нужно отвечать.

— Никто, — шепнула я.

Стоявший неподалеку небольшой столик, на котором мы разделывали мясо, вдруг взлетел в воздух и, пролетев совсем рядом с моей головой, врезался в зажженную открытую печь. Пламя взвилось, но быстро и притихло. На полу остались лежать деревянные обломки. А я буквально омертвела от страха внутри. Звук собственного сердца казался мне набатом. Руки, неестественно бледные, мелко тряслись, а горло сжал такой спазм, что дышать было сложно.

— Я спросил, кто тебя подослал!