– Фух-х… – Айрин поспешила к кабинке. Если бы дракон не стоял столбом и вообще не ходил в душ так рано, она бы всё успела. А теперь жди наплыва сонных и недовольных жизнью адептов. Собственно, так и случилось. Выйти из душевой получилось с огромным трудом.

– Простите, извините… Простите, – виновато шептала Айрин, стараясь не отдавить никому ноги, в то время как её саму безжалостно толкали, словно не замечая. И каждый раз, слыша очередное ругательство в свою сторону, Айрин вспоминала дракона.

Нет, то, что он моется, – это прекрасно, но как было бы чудесно, мойся он где-нибудь в другом месте. Больше никаких ранних подъёмов! Лучше мыться в тазу. За ширмой. Или нет! Лучше купаться в пруду на заднем дворе, или в фонтане – во внутреннем.

Айрин вздохнула, похватала вещи и вернулась в комнату. А в коридорах опять: «Эй, ведьма! Наколдуй мне хорошую успеваемость!». «Сделай меня самой красивой!..». Радует только, что новые соседки упорно её не замечали. Они уже были практически собраны, и, признаться, Айрин даже немного позавидовала. Что Кейра, что Алин выглядели безупречно, несмотря на то, что в душ не ходили. И форма, которая мешком болталась на Айрин, на соседках сидела идеально. Каждая складочка, каждый шовчик!.. Девочки, словно родились для формы Грейд-Холл.

Айрин же не могла справиться с пуговицами на блузке. А пиджак был велик в плечах. Юбка показалась слишком короткой, а гольфы лишними. Только туфли на широком каблуке понравились безумно: не давили и не терли.

Айрин заплела косу и закинула сумку с учебными принадлежностями на плечо. В комнату важно вошёл Кот, оценил обстановку и хмыкнул.

– Поторопись, на завтрак опоздаешь.

– Знаю, – расстроенно протянула Айрин и вылетела за дверь, не забыв приласкать Геру и велеть Метле охранять территорию. Кот пристроился следом.

– Письмо отправила?

– Нет. Лапочка не появилась, уже четвёртый день, – посетовала она, обходя других адептов. Сердитых. Угрюмых. Недовольных. Кажется, никто не рад началу учебного года.

«Странно, – подумала Айрин. – Зачем же тогда пошли учиться, если им это не доставляет удовольствия?»

– Может, заблудилась? – предположил Кот. – Не туда! Сюда! Так короче, – и нырнул в другой переход. Айрин прошмыгнула следом. Здесь вообще никого не было.

– Ты уверен? – забеспокоилась она.

– Уверен, – мурлыкнул Кот. – Этот путь для преподавателей. Айрин заволновалась сильнее. Если её заметят, если узнают… Но никто не встретился, и порог шумной столовой она переступила вовремя, до сигнала. Собственно, кто не успел до того, как прозвучал пронзительный гудок, остался за широкими дверями.

– К дисциплине приучают, – заметил Кот, лавируя между ног суетливых адептов.

Айрин ничего не ответила, взяла поднос и встала в конце гудящей, словно улей, очереди. Хуже всего, что она улавливала обрывки разговоров, фразы, чувствовала общее настроение, и с каждой секундой ей становилось всё неуютнее, а желание остаться голодной стремительно возрастало. Она даже не осознала, когда запах луговых трав и костра окутал её, словно пуховое одеяло.

– Привет, – раздалось мягкое над ухом. Айрин вздрогнула от неожиданности, за что получило злое шипение от впереди стоящего адепта. Костерок хохотнул. – Тебе идёт форма, – с улыбкой заметил он.

Айрин повела плечом, отворачиваясь.

– Не очень.

– Волнуешься? Брось, не волнуйся. Если у тебя есть магия и упорство…

– Я ведьма, – оборвала Айрин. – Одной магией и упорством не обойтись.

– Боишься, что преподаватели будут предвзято к тебе относиться? – догадался не в меру весёлый Костерок.

– Знаю, – с нажимом произнесла Айрин, вздохнув, и порадовалась, что очередь начала двигаться чуть живее. – Я видела приёмную комиссию и их лица при виде меня. Этого хватило.

Костерок покачал головой.

– Они могут сколько угодно сердиться и негодовать, кривить нос, но оценивать будут объективно, только за твои таланты и умения. Поверь мне.

Айрин хотела бы верить, и поэтому вполне дружелюбно улыбнулась, повернувшись.

– Пойдём, нельзя стоять в конце, так мы опоздаем, – и дракон-полукровка уверенно повел её мимо недовольной толпы почти в самое начало, туда, где стоял Марко и ещё несколько незнакомых адептов, судя по всему, приятели Костерка.

Лицо Марко при виде ведьмы заметно скисло, но после быстрой оплеухи от друга, оно снова засияло улыбкой. Айрин усмехнулась про себя.

– Не бери капусту, – шепнул Костерок, проталкивая Айрин к стойке.

Хрупкая повариха на раздаче, ловко и умело наполняла тарелки и чашки непонятной субстанцией. Точнее были разные тарелки и разные по цвету субстанции. На голове женщины красовался белый колпак, руки, как и положено, в перчатках, её миловидное лицо выражало почти дружелюбие, если всю картину портил грубый, басистый голос, которым она поторапливала адептов:

– Живее! Живее давай, шпала сушёная! Не задерживаем очередь. А что это у нас такое лицо недовольное? Не нравится моя капуста?

Айрин нравилось всё.