Знал бы он, что мы были вместе, говорил бы совсем иначе.

– Да, конечно, – мои губы растянулись в очередной фальшивой улыбке, когда я кинула взгляд в сторону парней. – Еще раз спасибо вам.

– Наслаждайтесь вечером, – Фергус почтительно поклонился и удалился. Спектакль был наконец окончен.

Райдер и Арчи стояли все на том же месте. Райдер что-то говорил сквозь зубы, глядя в сторону. Арчи слушал, его лицо было каменной маской, но в уголке рта играла привычная, язвительная усмешка. Когда они заметили мое приближение, оба разом замолчали и выпрямились.

– Поговорили? – Арчи с настороженностью взглянул на меня.

– Да, – коротко ответила я, избегая его взгляда. Мне нужно переварить. Мне нужно выйти отсюда. – Он… реабилитировал имя моего отца.

Арчи лишь медленно кивнул. Он понял все без слов. Понял мою фальшь, мою усталость, ощущал мою ярость, спрятанную под слоем показной благодарности.

– Поздравляю, – произнес Райдер, и в его голосе прозвучала странная, неуместная искренность. Он смотрел на меня почти с сочувствием. Он все же очень хорошо понимал, каково это – быть пешкой в играх своего отца.

– Спасибо, – пробормотала я и почти с облегчением выдохнула, когда Арчи снова положил руку на мою спину, а затем прижал к себе.

– Пойдем? – поинтересовался он тихо, и моя голова автоматически качнулась в знак согласия.

Я попрощалась с Райдером, чего не удосужился сделать Арчи, а затем, пробираясь через тех, кто поздравлял парня с новым положением на юге, мы наконец выбрались.

Мы не переместились назад в академию, а вышли на улицу. Прохладный воздух слегка привел меня в чувства. Арчи накинул на меня свой пиджак, и я с радостью приняла его, утыкаясь носом в ткань, чтобы почувствовать его умиротворяющий запах.

– Хочешь вернуться в академию?

– Хочу съесть огромный сырный бургер. Ты можешь такое устроить? – спросила я, и его брови в удивлении взметнулись вверх.

– Я думал, ты захочешь отдохнуть, – медленно протянул он, окидывая меня скептическим взглядом. Последнее, чего я хотела, – это оказаться запертой в комнате и готовиться к изнуряющему кошмарами сну.

– Можешь или нет? – Я наклонилась вниз, снимая туфли с ног, чтобы взять их в руку. – Или мне попросить Райдера?

– Повтори то, что ты сейчас сказала.

– Наверняка он устроит мне хороший вечер, если я попрошу его об этом. Думаю, он будет в восторге от идеи провести со мной время. Как думаешь?

Беллами недовольно фыркнул, притянул меня за руку к себе, и через несколько мгновений мы оказались в его доме в Сабрии, в том самом холле, от вида которого у меня захватывало дух. Вокруг не было ни души, ведь уже было поздно. Арчи достаточно быстро провел меня на кухню, где также отсутствовали все повара.

Он стал раскрывать холодильники в поисках ингредиентов, когда из соседней комнаты появилась женщина и надавала ему подзатыльников.

– Арчи, ты снова воруешь у меня еду, как в детстве? Что ты тут делаешь? – запричитала она. Когда он повернулся к ней, выражение ее лица смягчилось, и вместо очередного подзатыльника она его просто очень крепко обняла.

– Мэри, – его голос прозвучал непривычно мягко, почти смущенно. – Я думал, вы уже спите.

– И спала бы, если бы не этот шум, – женщина отстранилась и укоризненно посмотрела на него. Однако в ее глазах светилась безграничная нежность. Затем ее взгляд упал на меня, замершую на пороге, и она испуганно ойкнула. – Ох. Простите, мисс, я вас не заметила.

– Это Элеонор, – представил Арчи коротко. – Эль, это Мэри. Она управляла этой кухней еще до того, как я родился.

– Очень приятно, – пробормотала я, неловко топчась на месте.

Мэри оценивающе прошлась по мне глазами, и ее взгляд задержался на пиджаке Арчи на моих плечах. Что-то в выражении ее лица изменилось и стало понимающим.

Женщина стала расспрашивать нас о том, откуда мы пришли, чего хотим поесть, а затем буквально за пятнадцать минут управилась со всем сама и была против того, чтобы мы ей помогали. Глядя на то, с какой теплотой они общались, внутри меня зарождалось что-то неописуемое, и с каждой секундой этого зрелища моя напускная оборона против этого парня таяла все больше. В какой-то момент, когда они оба смеялись, я даже забыла, что когда-то обижалась на него.

Вскоре Мэри нас оставила вдвоем, и мы устроились не в той огромной столовой, где ели в прошлые разы, а в другой, что была раз в пять меньше. Я сняла пиджак, Арчи поставил тарелки на кухонный островок, а затем посадил меня прямо на него, стоило мне подойти. Он занял единственный высокий стул рядом со мной, и мы сидели несколько секунд молча.

Он подвинул ко мне тарелку с бургером, и я вдруг поняла, что за весь день не смотрела на него по-настоящему. Только краем глаза, чтобы убедиться, что он рядом. А сейчас я наконец посмотрела. И увидела синяки под глазами. И почувствовала его сильную, изнуряющую усталость.