Он медленно и мучительно спускается по ступеням, обходит свой стол и садится в кресло. Камин, кажется, потрескивает громче в его присутствии, и мне до боли хочется посмотреть на Гарри, но я будто слышу, как он телепатически кричит мне, чтобы я держала глаза вперёд.

Опираясь предплечьями на стол перед собой, Ричард сразу встречает мой взгляд. Я ненавижу, что как бы опасен ни был этот человек, я тянусь к нему, как одинокий ребёнок, жаждущий отцовской фигуры. Несмотря на все предупреждения, я восхищаюсь тем, как он заставляет замолчать комнату.

Я хочу жизнь, окружённую тем, что есть у него. Что есть у них.

— Как ты думаешь, почему ты сегодня здесь, мисс Томас?

Не будь глупой.

Не будь глупой.

Выбрав милосердие, я говорю:

— Я думаю, это связано с разговором, который я вела со своей подругой.

— Мия Аллен, ты имеешь в виду? Чистое досье. Живёт в Суррее. Вы обе ходили в одну начальную школу в соседнем пригороде. Не совсем тот человек, которого я хочу видеть рядом со мной и моей командой…

— Она никому не расскажет. Клянусь.

— Как я могу быть уверен, что ты снова не проколешься?

— У вас есть моё слово.

— Оно ничего для меня не значит.

Он отталкивается от стола и встаёт, и я замечаю напряжение в теле Гарри в нескольких шагах от меня.

Я не могу позволить этой возможности ускользнуть сквозь пальцы.

Я так близко.

ТАК близко.

Ричард делает мучительные шаги к камину, берёт стальную кочергу и ворошит горящие дрова. Треск становится громче, заполняя тишину.

Пока он стоит спиной, моё внимание медленно переключается на Гарри. Его глаза впиваются в огонь, челюсть сжата. Я смотрю на них обоих, понимая, что мне нужно принять решение за долю секунды, которое может изменить ход моей жизни. И когда я смотрю на конец кочерги, раскалённый докрасна от огня, я узнаю его несомненную форму — круг.

Этот круглый ожог на коже Гарри никогда не имел для меня смысла… до сих пор.

— Я выдержу наказание. Но вы должны поклясться, что не тронете Мию.

В тот же момент, когда я замечаю зловещую ухмылку, расползающуюся по лицу Ричарда, Гарри резко поворачивает голову ко мне. Выражение его лица, хоть и едва заметное, говорит: «Ты сейчас, блять, шутишь?»

— Вы однажды сказали мне, что это «убей или будь убит». Позвольте мне показать вам, как я предана, — умоляю я. — Я поворачиваюсь спиной к Ричарду, игнорируя настойчивый взгляд Гарри. — Жизнь, за которую стоит умереть — вот что вы мне сказали. Ваше самое важное правило. Позвольте мне показать вам, как много это для меня значит.

Убей или будь убит.

Вытерпи и выживи.

Я повторяю эти слова про себя, как мантру.

Ричард ворошит огонь металлической палкой, медленно поворачивая её в пламени.

— Если ты намерена отнестись к этой возможности серьёзно, мисс Томас, это не будет для тебя проблемой… — Он вынимает металл из огня и дует на него, заставляя небольшой сноп искр разлететься в воздухе. — Символ твоего обещания этой жизни.

Металл висит между нами, привлекая наше внимание, как мотыльков к пламени. Круг. Символ внутренней преступной группы. И тот же знак, который отпечатан на шее Гарри и который был на левом плече Джека.

Я смотрю на кольцо, раскалённое добела.

Ком встаёт в горле, но я отказываюсь позволить страху остановить меня.

— Я сделаю это.

— Абсолютно, блять, нет, — требует Гарри.

Какого хрена он творит?

Разве он не сказал не проявлять эмоций?

Я встречаю его взгляд в жестоком противостоянии.

Он говорит:

— Джиджи, подумай об этом…

Я отворачиваюсь.

Слишком рискованно поддаваться печали, которая пытается убедить меня в обратном.

Я хочу этого — я знаю, что хочу.

Я никогда не была так уверена ни в чём.

— Я приняла решение, — говорю я, оставаясь непреклонной.

Я медленно подхожу к столу, мои пальцы впиваются в дерево от того, как сильно я сжимаю его. Сделав паузу, чтобы прийти в себя, я опускаю голову между плечами и выдыхаю.

Это намного больше, чем просто символ. Это клеймо. Я, мать вашу, феминистка, и я позволяю мужчине заклеймить меня. Но если это небольшая цена, которую нужно заплатить, то, что я должна вытерпеть, чтобы получить жизнь, полную денег и власти, я приму это.

Я делаю это ради Джека.

И чтобы доказать себя всем, кто осмелился меня недооценить.

Медленно перегнувшись через стол, я собираю волосы в руках и перекидываю их через плечо, прижимая грудь к дереву. Оно служит твёрдой поверхностью для органа, который бешено колотится.

Тук… тук… тук…

Ричард приближается с кочергой в руках, и моё сердцебиение учащается в десять раз с каждым его шагом.

Он засовывает холодный конец кочерги в руку Гарри, его слова звучат кристально ясно.

— Ты сделаешь это.

Вот почему он не хотел, чтобы я проявляла эмоции.

Боже мой.

Гарри скрежещет зубами.

— Нет.