Мой разум заглушает звуки скрипок, когда я повторяю его слова.

«Мои люди внимательно следили за тобой…»

Как я могла не знать, что за мной следят?

Осознание посылает холодную волну по моему телу, но это не страх. Я чувствую… восторг. Интригу от того, что кто-то обладает такой властью.

Я отпиваю из бокала и говорю:

— Надеюсь, вы не разочарованы тем, что обнаружили.

Он ухмыляется, волна гордости достигает его морщинистых щёк, такой довольный взгляд, какой даришь ребёнку. Мой ответ явно порадовал его.

Два охранника, стоящие у двух пустых стульев в конце бара, пропускают нас, и мы занимаем места. Ричард заказывает мне ещё один бокал шампанского, и я мысленно отмечаю, что это будет мой последний. Я окидываю взглядом зал, чувствуя несколько блуждающих глаз, направленных в мою сторону, но только один взгляд выделяется из толпы. Гарри смотрит на меня с беспокойством, готовый броситься сюда в любую секунду, если что-то пойдёт не так.

Я на мгновение задерживаю его взгляд, пытаясь раскрыть его тайны.

Если бы я только могла понять, почему он так напряжён рядом с этим человеком.

— Моё предложение всё ещё в силе, — говорит Ричард, привлекая моё внимание обратно к себе. — У нас есть для тебя место.

Моё нетерпение трудно сдержать.

— Я бы очень хотела.

Я провела несколько месяцев в надежде, что эта возможность появится. Конечно, люди могут не гордиться мной за то, что я рассматриваю идею стать преступницей, но я устала от диктатуры, управляющей моей жизнью. Когда кто-то предлагает тебе бесплатный пропуск в самую печально известную преступную группировку Лондона, ты хватаешь его за рога и раздираешь ладони, вцепляясь в них.

— Когда я могу начать?

Он смеётся, и всё моё тело застывает от этого звука. Краем глаза я замечаю, как Гарри начинает двигаться, но Энди хватает его за руку, удерживая.

— Ты действительно думаешь, что всё так просто? — спрашивает Ричард, приходя в себя. — Чёрт возьми, мисс Томас, тебе многому предстоит научиться. «Круг» — это беспощадная индустрия. Мы допускаем только лучших кандидатов при условии, что они соблюдают моё самое важное правило… Думаешь, я готов рискнуть нашим существованием, поверив тебе на слово?

Испугавшись, что я совершила ошибку, и чувствуя, как возможность ускользает сквозь пальцы, я торопливо говорю:

— Какое ваше самое важное правило?

Его усмешка медленно растёт.

— Что мои рекруты понимают: эта жизнь стоит того, чтобы за неё умереть. В конце концов, это вопрос «убей или будь убит».

Прежде чем он успевает продолжить, охранник с торсом культуриста, который всё это время следил за нами, наклоняется и шепчет что-то на ухо Ричарду. Тот кивает, поправляет костюм и встаёт.

— Прости, но мне нужно заняться важными делами. Мы продолжим этот разговор в другой раз.

Как бы я ни пыталась отрицать своё разочарование из-за его ухода, оно очевидно в том, как опускаются мои плечи и как я вглядываюсь в шампанское, будто это самая отвратительная вещь в мире.

Несмотря на предупреждения Гарри об обществе, я не могу игнорировать ту силу притяжения, которую я чувствую к «Кругу». Возможно, это мой единственный шанс… и возможность ускользает.

К чёрту это.

Спрыгнув с барного стула, я поднимаю подол платья, сжимая ткань в кулаке, и выбегаю из зала. Десятки людей заполняют проход, снуя между главным бальным залом и бильярдной. Я иду по коридору прямо передо мной. Он значительно темнее соседних комнат, которые все хорошо освещены сверкающими драгоценностями люстр.

Я прохожу мимо множества дверей, но ни одна из них не привлекает моего внимания так, как я ожидала, пока не слышу: — …с тебя довольно.

Голос из одной из дальних комнат привлекает моё внимание, и я замедляю шаг, приближаясь к двери. Она приоткрыта на тонкую щель, но я вижу Ричарда, стоящего рядом с другим мужчиной. Его поза напряжена, он выдыхает, и его пальцы подёргиваются у внутреннего кармана пиджака.

— Я закончил говорить, — говорит он.

С удивительной быстротой запустив руку во внутренний карман пиджака, Ричард достаёт что-то серебряное, не намного больше его ладони. Трудно понять, что это такое, пока оглушительный выстрел не раздаётся в моих ушах, заставляя меня замереть.

Я зажимаю рот ладонью, чтобы заглушить внезапный крик.

Мужчина перед ним с глухим стуком падает на пол, сворачиваясь, как тряпичная кукла, его тело безжизненно распластывается на тёмных деревянных половицах. Дрожа, я быстро возвращаюсь обратно по своим следам, отступая по коридору к выходу.

Я только что стала свидетелем убийства.

Я только что стала свидетелем ещё одного убийства.

Звук скрипок врезается в мой слух, и я вижу, как люди проходят мимо, совершенно не обращая внимания на произошедшее.

Они вообще это слышали?

Конечно, нет!

Опустив голову, погружённая в свои мысли, я врезаюсь в кого-то.

— Эй, ты в порядке?