Нас с ней многое связывает с тех самых пор, когда, будучи в третьем классе, Роксана подралась из-за меня с пацаном из своей параллели. Щемить первоклассников в столовой — святое дело, и нас, естественно, тоже не обошли вниманием. Мне такой расклад не понравился. Я помню, как заветную булочку, за которой я десять минут стоял в очереди, выбили у меня из рук, она упала на пол. Андрей Матросов, как сейчас помню, наступил на нее и рассмеялся. Обида подкатила к горлу — разрыдаться при всех было бы катастрофой, и я собрал все силы, чтобы не сделать этого.

Тут стоит отметить: меня слишком любили и берегли в детстве, я был не готов к таким ситуациям. И тут появилась она.

Роксана с подружками возникла из ниоткуда. Она накинулась на Андрея Матросова и отпинала его.

— Обижать маленьких — признак убогости! — заявила громко и купила мне чертову булку.

Ничего личного — она всегда была на стороне справедливости. Вот только я влюбился смертельно, жутко и стремительно, как будто упал в океан и пошел ко дну. Я влюбился так, как только можно влюбиться в семь лет.

Параллельно с этим ко мне навсегда прилепилось клеймо «маленький». И что бы я ни делал позднее, как ни проявлялся, она всегда на меня смотрела, как на первоклашку, у которого старшаки отобрали булку. Чертову, мать его, булку.

Позже я возненавидел это ощущение. И ее саму — тоже.

Драма, в шестнадцать казавшаяся смертельной, теперь вызывает лишь ностальгическую улыбку. Мне искренне жаль, что у меня так много работы и мы не успеваем поболтать, может быть, даже повспоминать прошлое. Попав домой, словно примеряешь костюм, который носил только здесь, и на какое-то время становишься тем самым, прежним.

Впрочем, у Роксаны такой проблемы нет.

Прямо сейчас она и ее питерские подружки пьют кофе на террасе. Сама она тоже выглядит очень по-питерски. Одежда, прическа, все вместе — не знай я ее раньше, решил бы, что она приезжая. Она всегда была на шаг впереди меня и планеты всей, и со временем ничего не изменилось. На нее приятно посмотреть, я рад, что у нее все хорошо. Кольца на пальце не вижу, впрочем, это еще ничего не значит.

Закончив с расстановкой мебели и убедившись, что мест и еды достаточно, я поднимаю голову на балкон лобби. Заметив мой взгляд, Рокс широко улыбается и машет сэндвичем. К ней присоединяются подружки — симпатичные блондинка и шатенка, имен не знаю, в спешке не успели познакомиться. Приветственно кивнув, я задерживаюсь взглядом.

Новое воспоминание разблокировано: как-то раз один мой приятель со спортивной секции похвалился, что сосался с ней за старым сараем, где все курили. Есть у некоторых идиотов такая способность — придумать и через пять минут самому поверить, что так и было. Мир сгорел в огне, я не поверил ни одному его слову и впервые сломал нос человеку. Трясло от одной мысли, что она пошла на это с ним. Позже я узнал, что не ошибся — между ними ничего не было, мудак клеветал. Сейчас, когда мои лобные доли дозрели, я любому объясню, что насилие — не выход. Но, честно говоря, в глубине души ни о чем не жалею.

— Это та самая твоя бывшая? Я про кареглазую брюнетку с полудетским лицом на балконе.

Алиса много болтает. Весь дом взбудоражился приездом Роксаны, словно модной поп-звезды.

— Да, а что?

— Ничего, просто хотела узнать, как скоро она уедет?

— Мешает тебе?

— Ты же знаешь, я не люблю конкуренцию.

— Вы не в конкуренции.

— Женщины чувствуют такое, и мне некомфортно. Отправь ее, пожалуйста, поскорее.

Я беру телефон и проверяю переписку с Жекой, моим приятелем, у которого автосервис. Впервые за утро взял телефон в руки, поэтому пропустил сообщение: «Кир, твоя деталь подошла. Можешь забирать ваг». И фотография фольксвагена, они ее и помыли, отлично.

Отправляю: «Ок, спасибо», вслух произношу:

— Она скоро уедет, а пока просто не смотри в ее сторону. И бога ради, дели все, что говорит Алиса, минимум на четыре. В ее положении эмоциональные качели норма, а с Роксаной мы всего лишь давние друзья.

— Ради друга ты бросил все и привез эту деталь.

— Да, а что не так?

С Сашей мы тоже учились в одной школе — никак не получается выйти за пределы родной 147-й — но никогда не общались раньше. Познакомились на пляже месяц назад, когда я приехал помогать родителям с сезоном.

— Все так. Почему бы тебе прямо сейчас не подняться к ним на балкон и не выпить там кофе?

— Что? — поднимаю глаза.

— Иди, поднимись, поболтай с девчонками, почему нет? Ты ведь этого хочешь.

— Подожди. Ты хочешь устроить сцену ревности? Саш, ты с ума сошла? — усмехаюсь, и она улыбается, пожимает плечами и шепчет:

— Я сейчас сойду с ума.

— Прекрати. Это прошлое, идем, я вас представлю друг другу.

Глава 7

Роксана

Когда папа не знал, что мне посоветовать, он всегда говорил: «будь проще». Панацея от всех бед — не усложнять и без того сложные ситуации. Следуя его заветам, я стараюсь в критические моменты подобрать для своих чувств только одно определение, так сказать, поставить хлесткую точку.

Что я ощущаю, когда хорошенькая шатенка обнимает Кира, а он обнимает ее в ответ?

Наверное, облегчение.