На стрессе я выпиваю бокал шампанского, после чего ощущаю потребность поплакать, извиняюсь перед подругами и в десять отправляюсь спать. Девчонки зависают у бара долго, я даже не берусь сказать, во сколько возвращаются, но точно после двух, потому что именно в два я просыпалась в последний раз, разволновавшись.

Наши вещи еще вчера вечером привез Петр. Он был так вежлив и приветлив, что я еще больше смутилась, осознавая, что, отказавшись стеснять Невских дома, раскрутила их на шикарный номер в отеле и заставила катать чемоданы по городу.

Господи, какой стыд.

И да, вид из нашего номера потрясающий.

В семь утра мои глаза уже открыты, они впиваются в бумажную, раскрашенную в цвет райских птиц люстру над головой. С вечера я ее и не заметила. Люстра идеально дополняет атмосферу номера и усиливает ощущение, что я нахожусь на другом конце света, в джунглях. Среди диких голодных зверей. Подруги крепко спят, матрац под лопатками с каждым вдохом ощущается все жестче и негостеприимнее.

Меня здесь быть не должно, думаю я, поднимаюсь и иду в ванную.

Я надеялась, что утром станет легче и я посмеюсь над своими метаниями. Легче не становится, поэтому, чтобы хоть как-то себя отвлечь и занять, я делаю то, что ни разу в жизни не делала на отдыхе.

Переодеваюсь в спортивный комбинезон и отправляюсь искать спортзал.

Тот обнаруживается на четвертом этаже.

И он… просто огромный. На пару минут я приклеиваюсь к окнам, любуясь водной гладью. Вау. Как же я все-таки скучала по дому и возможности видеть море каждый месяц.

Несмотря на утреннее солнце, тонированные окна оставляют зал в приятном полумраке.

Наливаю воды в пластиковый стаканчик и отправляюсь искать беговую дорожку. Качаю головой в такт расслабляющей музыке, которая играет всюду — и в лифте, и в зале, и в ресторане. В воздухе держится тот же приятный фирменный аромат отеля: что-то свежее, травянистое и чуть сладкое.

Но не пройдя и десяти метров, останавливаюсь.

Ой. Оказывается, я здесь не одна.

Какой-то парень… молодой мужчина, лет под тридцать навскидку, жмет от груди штангу. На нем спортивная белая майка, черные шорты и белые кроссовки. Темные волосы кажутся влажными от пота. А еще он в больших наушниках, видимо, поэтому не замечает вторжения.

Я уже собираюсь пройти мимо, как вдруг он делает подход и громко выдыхает — веса, на вид, тяжеленные.

Пялиться на людей — нехорошо, пусть даже украдкой, но этот его грубый выдох почему-то заставляет меня стоять на месте.

Он выжимает штангу вверх.

Я сглатываю и отпиваю воды.

Рокс, проходи мимо, не задерживайся.

Я правда собираюсь пройти, но очередное его движение заставляет снова помедлить.

Черт, а он в отличной форме. После разрыва моих прошлых отношений прошло почти два года, и, хотя я продолжаю ходить на свидания и общаться с парнями, ничего серьезного или приличного, если говорить о приключениях, за это время не случилось. Все было не то.

Обычно я не западаю на парней в спортзале.

Но от него веет такой физической мощью и сосредоточенностью, что меня едва не сдувает.

Пора больше внимания уделить личной жизни.

На его правом безымянном пальце нет кольца, что, впрочем, ничего не значит, так как многие снимают кольца в зале.

Я глаз не могу отвести от того, как на крепких плечах очерчиваются мышцы при нагрузке.

Вздымается грудь.

Парень действительно хорош собой.

Но увы, закрутить интрижку в отеле Кира кажется каким-то особым видом свинства, и я категорически отказываюсь от идеи познакомиться.

Делаю шаг, чтобы продолжить путь к беговой дорожке, и именно с этого ракурса вижу его лицо.

Вода выплескивается на пол, так сильно я сжимаю стаканчик.

Следом испуганно вздрагиваю.

Нет.

Ну не-ет.

Кир Невский ставит штангу на стойки. Я в полной панике выдаю абсолютно придурочное «приветики» и второй раз за день прикусываю язык. Однако вместо того, чтобы сесть и ответить, он берет телефон и смотрит на экран.

— Приветики, — повторяю я.

Он улыбается, и на какое-то совершенно безумное мгновение кажется, что мне. От этой улыбки сердце не стучит, не сжимается, оно плавится, как маслице в микроволновке.

Кир по-прежнему смотрит в телефон.

Я открываю рот, чтобы окликнуть его.

И закрываю.

Я просто не могу поверить, что он не заметил меня.

Видимо, дело в очень громкой музыке в его наушниках.

Мокрая от пота майка липнет к телу. Он пританцовывает ногой в такт какой-то песне, и мне ужасно хочется узнать, какой именно. Я бы многое за это отдала, черт возьми. Одновременно с этим я ощущаю боль и крадусь назад.

Помню его разочарованный взгляд. Он покачал головой и отвернулся. И больше ни разу не взглянул на меня.

Выскакиваю в коридор и лечу к лифту.

Дерьмо. Он всегда был хорош, сейчас же — просто вау.

Как он вырос, зачем он так вырос, он как будто в ширину удвоился.

Еще мгновение, и мое расплавленное сердце перекричало бы басы его музыки.

Когда он приехал? Вчера? Утром?