Из боковой двери вышел командир Локк. Она закрылась с громким глухим стуком, и все затихли. Он прошествовал по центральной линии между рядами столов и встал в стандартную стойку по центру. От последовавшей за этим тишины уголок моего рта дёрнулся. Я впервые услышала щебет птиц.

— Доброе утро, новые ученики, — он кивнул в сторону правой стороны, — и их наставники. Добро пожаловать в Дракхар и в Лигу убийц. Мы гордимся честью в наших поступках, долгом перед братьями-ассасинами, доблестью в борьбе с нашими врагами и преданностью ЛОА. Я уверен, ваши наставники уже сообщили вам, но я повторю, чтобы подчеркнуть суть. Никто из вас никогда не обмолвится о местонахождении штаб-квартиры ЛОА ни с кем за пределами этой гильдии. Никто из вас не произнесёт заклинание, проявляющее Дракхар, перед посторонними. Это крайне важно для безопасности.

— Вам будет выдано по семь стандартных комплектов формы, которые можно заменять по мере необходимости. Вы обязаны носить форму всегда за пределами своих комнат, если только это не выходной день. Находясь в форме, за пределами Дракхара вы обязаны носить маски. Наша личность держится в тайне. Оружие вам выдаст ваш наставник, когда посчитает нужным. Вы будете есть, спать и дышать тем, чтобы стать ассасинами. Ваша жизнь и жизни людей в Найтхейвене зависят от вашей преданности делу. Воины защищают город, но именно мы — те, кто переломит ход этой многовековой войны ради победы. Однажды мы поставим вампирское королевство на колени.

Я не могла не заметить, что он ни словом не упомянул людей за пределами Найтхейвена. Моих людей. Защищать нас их никогда не волновало. Мы для них — просто корм.

Держа руки за спиной, он продолжил ходить взад и вперёд по центральному проходу.

— Жалование у ученика небольшое, но вам будет выплачиваться скромная стипендия.

При этих словах я оживилась. Если мне разрешат отправлять то, что я заработаю, домой, чтобы помочь семье, я буду это делать. Если нет — стану копить, пока не появится возможность передать им деньги.

Командир продолжил:

— Каждое третье воскресенье считается вашим днём отдыха. Вы не выходите за стены после заката, если только не получили особых приказов. Ваш наставник здесь для того, чтобы сохранить вам жизнь, слушайтесь его. Ученики гибнут каждый год из-за халатности. Вампиры — самое опасное существо в нашем мире. — Он сделала паузу. — Но мы обучаем вас быть убийцами, и однажды даже вампиры будут вас бояться.

Ученики принялись хлопать и ликовать. Я поймала себя на том, что тоже улыбаюсь. Я до ужаса боялась вампиров, но не хотела этого. Я хотела быть той, кого они боятся, и командир заставил меня поверить, что это возможно.

Командир Локк ухмыльнулся, затем жестом приказал всем успокоиться:

— Ваше официальное посвящение начнётся через пятнадцать минут. Став частью ЛОА, вы остаётесь в ЛОА до самой смерти.

Нервно покусывая нижнюю губу, я повернулась к Тэйвину:

— Посвящение? Что это значит?

Он улыбнулся:

— Не знаю, но сгораю от желания узнать.

Вандер подошёл к моему столу через несколько минут вместе с Фэлкон.

— Пошли, — сказала Фэлкон и жестом позвала Селин за собой.

Я скользнула со скамьи и встала рядом с Вандером, ожидая его действий. Наставником Тэйвина был широкоплечий мужчина с походкой, напоминавшей мне кошачью. Его гладкие тёмно-русые волосы были стянуты на затылке. На вид ему было не меньше тридцати. Он наклонил голову, и Тэйвин пошёл за ним.

Вандер выжидал с руками за спиной, наблюдая, как все проходят мимо нас, пока большинство ассасинов и учеников не вышли через дверь на южной стороне. Мой желудок начал скручиваться в узел. Была причина, по которой мы ждали здесь.

Наконец он повернулся ко мне:

— В следующий раз, когда Морроу станет приставать к тебе, лучше сама поставь его на место, а не жди, пока это сделают твои друзья.

Я стиснула зубы и скопировала его стойку. И снова я оказалась для него разочарованием. Я не привыкла к их миру. Люди в моей деревне были дружелюбны и помогали друг другу. От этого зависело наше выживание. Я целыми днями резала по кости и бродила по глуши, мечтательно думая о парнях и о том, какова жизнь в городе. Всё оказалось совсем не так, как я себе представляла.

— Сэр, могу я кое-что сказать?

— Говори.

— Командир Локк говорил о чести и преданности. Вы сказали моему отцу, что ассасины защищают своих. Почему ему вообще дозволено издеваться надо мной? Или над кем бы то ни было? Он точно так же ведет себя как ублюдок по отношению к Тэйвину и Селин. В нём нет чести.

Его губы сжались, и, судя по выражению его лица, его разозлило, что Морроу цепляется к его ученице.

— То, что мы сражаемся на одной стороне, не означает, что мы все ладим. Нет конкретных правил против того, чтобы быть ублюдком, так что нет смысла идти с этим к Командиру. Если я вмешаюсь, он станет видеть в тебе ещё большую мишень. Любой вампир, с которым ты столкнёшься, будет куда хуже Морроу, поверь мне.