— Я не хотела проявить неуважение, сэр. Я просто… думала вслух.

— Тогда научись держать свои мысли при себе.

Переведя дух, я кивнула. Он направился к одному из столов и сел напротив женщины с острыми плечами и прямыми каштановыми волосами до челюсти. Я быстро заметила Тэйвина и Селин и вздохнула с облегчением, увидав знакомые лица. Я старалась изо всех сил не хромать, пока шествовала через двор к их столу, но всё равно чувствовала, что переваливаюсь как утка.

Сальный свист заставил меня замереть и обнаружить… Морроу. Он пошевелил бровями и изобразил поцелуи, пока я проходила мимо. За его столом вся орава парней заходилась смешком. Этот человек станет моим кошмаром. Гневная волна подступила к груди, но я подавила её.

— Эй, лотлтонка, как там твои рёбра? Ты орала так громко, что даже вампиры услышали. — Морроу схватился за бок и навалился на соседа, делая вид, что кричит от боли.

Я начинала ненавидеть его всё сильнее, но понимала: он просто хочет добиться от меня реакции. Не дождётся.

Через несколько столов Тэйвин помахал мне рукой и потеснился на каменной скамье, освобождая место.

— Как прошла твоя первая ночь? Здорово быть здесь, в Дракхаре, да? Заклинание для входа — это вообще чистый восторг. Я поверить не мог, как эти кусты роз просто раздвинулись в стороны. — Он ухмыльнулся, отчего вокруг его глаз собрались лучики морщинок. — Так загадочно и готично. Совсем не похоже на здание учёных.

Завитушки и узоры, высеченные на серых каменных стенах и вдоль величественных арок, не походили ни на что из того, что я видела раньше. Это было невероятно красиво. Я-то привыкла к маленьким бревенчатым домам и заколоченным окнам.

Но я уже скучала по своей кровати и своей семье. Я никогда раньше не уезжала от них. Кейде и Айварру придётся помогать отцу с резьбой, пусть они и не любили это так, как я. Бабушке Эше и маме нужно было больше ткани для детской одежды и одеял. Я надеялась, что продажи золотого самородка из ящика моей тумбочки хватит, чтобы они спокойно пережили зиму. Мой отец был хорошим охотником, так что мы никогда не голодали, но и излишков у нас не водилось.

Я скучала по Кейсу и его дразнилкам. То, как он смотрел на меня, когда меня уводили, отчаяние в его голосе — всё это до сих пор звучало в моих воспоминаниях.

— Всё болит… и тут тихо. — Мой придурок-сосед по комнате тоже ничуть не облегчил мой переезд. Отсутствие криков по ночам было самым приятным, что было в этом месте.

Тэйвин хмыкнул. Рассечение над его глазом уже выглядело лучше, осталась лишь легкая краснота.

— Да уж, тебе досталось несколько тяжелых ударов, но ты держишься на ногах, и это хорошо. Я вообще не был уверен, сможешь ли ты дойти до завтрака. — Он подвинул мне серебряное блюдо из центра стола и жестом указал на еду. На больших подносах ждали сконы, ломти хлеба, яичница и нарезанный кубиками картофель. Нарезанные яблоки тоже выглядели сочными. Я тут же потянулась за хлебом и впилась в него зубами, даже не помазав маслом. Он был мягким и пышным. Еда была второй вещью, которая мне здесь понравилась. Похоже, она была в изобилии.

Укол вины царапнул меня изнутри. Для них это, вероятно, был обычный ежедневный завтрак, в то время как у моей семьи подобный пир случался разве что на праздник вроде Мидсаммера. Который наступит уже завтра, а я пропущу всё празднование.

Селин повернулась ко мне:

— Так как зовут твоего наставника? Мы сгораем от любопытства, кто скрывается за именем Вайпера. — Селин толкнула меня локтем прямо в сломанные рёбра. Острая боль пронзила моё тело. Я выдохнула сквозь сжатые зубы низкое шипение. — Извини, я забыла про синяки.

— Всё в порядке, — прохрипела я, сделав несколько неглубоких вдохов. — Командир Локк назвал его «Вандер». — Я заметила серебряную полосу на шеях Селин и Тэйвина, точно такую же, как у меня, но без имён на воротнике, как у ассасинов. Должно быть, это знак ученика.

Её брови взлетели вверх:

— Вандер Вьерросон?

Я пожала плечами:

— Я не знаю. — Меня больше интересовал хлеб, чем его фамилия. Я взяла скон и немного яичницы. Где масло? Мне нужен был добрый кусок масла, густо намазанный на скон. Я умирала от голода после Обряда распределения, драки и отсутствия ужина после всего этого.

— Ты хоть понимаешь, что Вандер Вьерросон — практически королевская особа? Его мать — двоюродная сестра короля Сигурда. Чёрт, мне следовало догадаться, что Вайпер — это Вандер. — Она залезла в карман, достала три медных аклета и переправила их Тэйвину.

— Нет, не понимала. — Я уставилась на него через весь двор, разглядывая сквозь море незнакомцев в чёрных одеяниях.