— А остальные обостренные чувства?

— Вернутся в норму. Мои уже угасают.

Двое других парней позади нас с Тэйвином приветствовали нового дукая, присоединившегося к ним, ударами кулаков и грубыми похлопываниями по спине.

— Ты его знаешь? — тихо спросила я.

Тэйвин закатил глаза и издал раздраженный стон:

— К сожалению. Это Морроу. Возомнил себя даром богов. На твоем месте я бы постарался не привлекать его внимания.

Я едва не спросила «почему?», но в этом не было необходимости.

Морроу проскользнул мимо своих друзей и врезался плечом в спину Тэйвина.

— Ну надо же, кого я вижу, Роуч. Удивлен, что ты вообще прошел, доходяга.

Задрав подбородок, Тэйвин уставился вперед и поджал губы. У меня сложилось впечатление, что эти издевательства продолжались уже годы.

Морроу опустил взгляд на меня и сморщил нос:

— А с твоими глазами что за херня? Ты слепая на один глаз, что ли?

Я стиснула зубы. Похоже, этот вопрос мне будут задавать постоянно, да?

— Нет. — Мне хотелось, чтобы мой голос звучал тверже. — Я отлично вижу.

— Выглядит жутко. А жаль. Вообще-то ты ничего такая, как для деревенщины из-за стены. В новой одежде и сапогах могла бы даже сойти за одну из нас. — Его сомнительная ухмылка заставила мою кожу чесаться от раздражения. Вот уж сомнительный комплимент.

Я закатила глаза. Будто мне есть дело до того, чтобы сойти за одну из них.

— Оставь ее в покое, Морроу, — вмешался Тэйвин.

— О-о, у Роуча теперь появилась девчонка. — Он снова толкнул его своей широкой грудью, на этот раз заставив Тэйвина налететь прямо на меня. Я схватила его за плечи, удерживая на ногах, и свирепо уставилась на Морроу. Что делало его таким жестоким?

— Она тебе не по зубам, Роуч, даже если она одна из этих грязных лотлов.

Лотлы?.. Лотлтон? Забытые. Я сжала кулаки по бокам и сосредоточилась на движущейся шеренге. У меня были проблемы поважнее, чем какой-то задира. Мне нужно было найти способ стать учёным, а не воином.

— Ставлю на то, что наш Роуч окажется учёным, как и его горбатый папаша. Позорище для дукаев, честное слово. Их следовало бы выбросить в Лотлтон на съедение.

— Не смей так говорить о моем отце. — Тэйвин повернулся и выпятил грудь. Рядом с Морроу он казался щуплым, хотя ростом они были примерно одинаковы. У Тэйвина были более длинные руки, что могло помочь в драке, но я все равно переживала за него.

— А то что? Думаешь, своими спичками сможешь меня переломить? — с вызовом бросил Морроу.

Темная тень привлекла мое внимание краем глаза. Я глянула через плечо и обнаружила синеглазого ассасина, смотрит сверху вниз на Морроу. Он был на несколько дюймов выше парней. Намного выше меня. Пульс участился, и у меня возникло непреодолимое желание опустить взгляд, но я сдержалась. Я даже не заметила, как он спустился со своего места на платформе. Не было произнесено ни слова, но посыл был предельно ясен — заткнись. Чем дольше длилось молчание, тем более нервной становилась обстановка.

Наконец Морроу опустил глаза, подчиняясь, как бета-волк альфе. Затем стальной взгляд ассасина сместился на меня; мое тело невольно вздрогнуло. У меня появилось странное желание увидеть лицо за его маской, и я снова задумалась, что он сказал обо мне, когда подошла моя очередь пить из кубка. Неужели он комментировал мои необычные глаза? Возможно, это было лишь совпадением, что он впервые заговорил с другим ассасином именно в тот момент.

Он бесшумно спустился по ступеням и скрылся за гобеленом. Электрическое напряжение в воздухе ушло вместе с ним.

— Проходите вперед, пожалуйста. — Я вздрогнула, не заметила, как шеренга продвинулась, и мы с Тэйвином оказались следующими. Я поспешила к каменной арке в гобелене, где по обе стороны ждали маги. Женщина всунула дубовый посох с белым кристаллом на верхушке в мою изувеченную левую руку, и я быстро переложила его в правую.

— Сжимай крепко, — наставила она.

Я обхватила его всеми пальцами и замерла. Я должна была им взмахнуть? Я подняла посох и сделала вращательное движение. Она пристально смотрела на кристалл, поэтому я тоже уставилась на него. Грудь трепетала от волнения. Если бы я оказалась магом, я бы не хотела, чтобы Кейс или отец возвращали меня домой. Магия важнее мужчин, извини, Кейс. Но мой желудок начал проседать, и ликование, ненадолго подарившее надежду, угасло, когда кристалл так и не изменился.

Женщина прочистила горло и протянула руку. Я неохотно вернула ей посох.

— Проходи через гобелен, пожалуйста.

— Это значит…

— Ты не маг, милочка, — ответила она и сделала жест, призывая меня двигаться дальше.

— Ох. — Мои плечи разочарованно опустились.