Я не могла дышать. Грудь сжало слишком сильно. Я не хотела убивать вампиров. Я уставилась на Кейса, гадая, увижу ли я его когда-нибудь снова и увижу ли вообще. Выходи за меня, Эйсира. До меня вдруг дошло: может быть, он боялся поцеловать меня именно потому, что всегда знал, что я другая? Он всегда гадал, не потеряет ли меня из-за гильдий и стены, разделяющей наши миры.

— Кейс, всё в порядке, — снова сказала я. — Со мной всё будет хорошо. Передай моей семье, что я их люблю.

— Эйсира, — его голос звучал как мольба, карие глаза были полны скорби.

Один из магов прошептал:

— Интересные глаза. Знак магии? — Средних лет женщина-учёный в серебряных очках удивленно приподняла брови, когда я проходила мимо.

— Сира. — Выражение лица Кейса ожесточилось, и в этот момент он был сыном вождя, а не моим другом. — Я поговорю с отцом. Мы скоро вернем тебя домой.

Всё, на что меня хватило — это кивок. Когда Кейс начал отставать, седой мужчина наконец отпустил меня, и я сосредоточилась на том, чтобы просто переставлять ноги. Сосредоточилась на том, чтобы глушить все эти новые звуки и страх перед неизвестностью. Я чувствовала себя так, словно брела по пояс в воде — мое тело казалось тяжелым и чужим. Было ли дело в напитке или в том, что всё происходящее казалось нереальным?

— Забудь о нем, — пробормотал один из ассасинов-мужчин. — Ты его больше не увидишь.

Я повернула голову, переводя взгляд с одного из них на другого, пытаясь понять, кто именно это сказал. Ни один не подал виду. Забыть о нем? Он был моим лучшим другом. Он был… моим домом. Но они этого не знали. Да им было бы и плевать. Даже в сыне вождя они видели лишь крестьянина, кого-то, кого можно забыть и выбросить… скот на убой.

Меня тошнило от одного вида всех этих людей вокруг и от того, как они ликовали, когда их выбирали. Найтхейвен больше не казался мне завораживающим, я больше не хотела находиться внутри этих высоких стен. Я лучше буду жить в своей крошечной деревне и прятаться в темноте, чем стану такой, как они.

Я врезалась в спину веснушчатого парня. Он повернулся и расплылся в улыбке. Его глаза теперь практически светились, будто в зеленых радужках рассыпали алмазную крошку. Раньше они такими не были.

— Значит, ты всё-таки дукай. Добро пожаловать. Теперь посмотрим, в какую гильдию мы попадем.

— Нам не дают выбирать? — На противоположной стороне платформы, спустившись по ступеням к огромному гобелену, кандидаты проходили через арку. Я снова попыталась найти отца взглядом, но больше не могла разглядеть его в толпе. Зная его, он сейчас наверняка пошел говорить с Кейсом и нашим вождем. Они придумают план, как вернуть меня домой.

— Нет, тебя определят в гильдию.

Мой разум закружился от мысли о том, что это может означать.

— То есть у меня вообще нет права голоса? Я хочу быть учёным.

Он скривился, но я не поняла почему.

— Сейчас сама всё увидишь. Раз уж ты остаешься, скажи хоть, как тебя зовут?

— Нет, сначала скажи, почему ты так на меня посмотрел?

— Ну, насколько я знаю, большинство дукаев из-за стены отправляют в гильдию воинов. У них самый высокий набор.

— Чтобы я отправилась умирать? — просипела я.

Потому что они по-прежнему видели в нас только расходный материал. Отец предупреждал меня, что женщинам приходится сражаться, но в моей деревне мы даже в ночной дозор не ходили. От нас этого никто не требовал. Я была совершенно не готова к такому.

Он поднял ладони, словно пытаясь отгородиться от дикого зверя:

— Тише, тебя обучат. Никто не станет просто так отправлять тебя в бой с оружием, которым ты не умеешь пользоваться. Может, будешь лучницей или кем-то вроде того. Они не хотят твоей смерти. — Он опустил руки и прочистил горло. — Я Тэйвин.

— Эйсира, — буркнула я, ошеломленная. Отец специально велел мне не становиться воином. Меня сейчас стошнит.

— По одному в шеренгу для проверки на магию! — крикнул проходящий мимо лысый маг в фиолетовой мантии. Его длинная черная борода была сплетена в две косы.

— Эй, может, тебе удастся стать магом, — жизнерадостно выдал Тэйвин, пристраиваясь позади меня, а не рядом. — Я бы хотел обладать магией. Хотя это редкость.

Оставалось только надеяться, но я никогда не чувствовала в себе искры магии. Я бы уже знала об этом, разве нет?

— Мои глаза тоже сверкают, как твои? Это навсегда?

— Это пройдет. Это из-за напитка. Он вступает в реакцию с твоей кровью и проявляется в глазах, если ты дукай. Где-то через час всё пройдет.

Мой слух всё ещё казался чересчур чувствительным, почти хаотичным. Мне потребовалось мгновение, чтобы понять: мерный глухой звук, который я слышала, был стуком сердца Тэйвина. Болтовня девушек впереди меня, щебет птиц на самом верху гобелена и старая карга, выкрикивающая: «Дукай!»

Толпа взорвалась оглушительным криком ликования. Я обернулась, чтобы посмотреть, кто же удостоился таких аплодисментов. Это был крепкий на вид парень с каштановыми волосами. Стройный, но атлетически сложенный. Он победно вскинул кулак вверх, и толпа зарыдала от восторга снова. Я чуть не закрыла уши руками, чтобы заглушить этот грохот.