— Как только Локк дал понять, что выбора у меня нет, я дал клятву сохранить тебе жизнь во что бы то ни стало. Ровно настолько, чтобы провести тебя через обучение, а потом я пошел бы к Локку, как и планировал сделать в день Обряда. Но то, что ты знаешь, кто я такой, подвергает тебя опасности. Мне следовало выйти на солнце в тот самый день, когда меня укусили. Сама моя жизнь противоречит всему, чем я являюсь. Мы с тобой заключили пакт. Убить всех вампиров. Я хочу, чтобы ты сделала это. Это мой последний приказ как твоего наставника.

Я моргнула, глядя на него в смятении — в ужасе. И медленно покачала головой.

— Я обучал тебя именно для этого. Это всё, кто мы есть. — Он сжал клинок ладонью и наставил острие прямо напротив своего сердца. — Ты дала мне обещание. Убить всех вампиров. Тебя казнят за то, что ты знаешь, если ты не убьешь меня прямо сейчас. Бист им расскажет. Всё кончено.

Слеза скатилась по моей щеке:

— Я не могу, Вандер. Ты не можешь просить меня об этом.

— Я вампир! — Его голос резáл прямо по сердцу, и я зажмурилась. — Я всё то, что мы ненавидим. Я не позволю тебе умереть за меня. Это твой долг. Лишить меня жизни — единственный честный и благородный поступок. Я смирился с этим.

Я выронила меч. Он со звоном упал на пол, и я спрятала лицо в ладонях. Мое тело сотрясалось от рыданий.

— Я не могу убить тебя, Вандер.

Он не хотел быть вампиром. Это сделали с ним против его воли. Но это не должно было иметь значения. Ассасинам всё равно.

Но он был из ЛОА. Он всё еще исполнял свой долг и убивал вампиров. Он был здесь, а не с ними.

— Это то, что делают ассасины. Если бы Селин или Тэйвина укусили, ты бы убила их. Ты обязана! Слабых ассасинов не бывает. Теперь ты знаешь, кто я.

Я подняла лицо. Всё мое тело дрожало. Даже зная, кто он такой, даже когда это стояло у меня прямо перед глазами, я не могла. Мысль о том, что он умрет от моей руки или от чьей-либо еще, была невыносимой. Будь он остервенелым монстром, забивающим людей, которые мне дороги, всё было бы иначе. Но это был Вандер — благородный, заботливый и справедливый.

— Я не сделаю этого.

— Почему? — прорычал он.

— Я не такая, как ты! Ты мне дорог куда больше, чем ЛОА. Мне плевать на эти чертовы правила. — Это было неразумно, это было неправильно, но даже знание того, кто он, не меняло моих чувств. Даже если это ложь, и он шпион вампиров — во что я не верила всем сердцем, — я не могла. Я бы просто дала ему уйти.

Он полностью замер:

— Ты не понимаешь, что говоришь. Дело даже не в ЛОА, дело в твоем инстинкте самосохранения. Человека, которым ты меня считала, не существует. Я не твой наставник-дукай. Я твой враг. Я вампир. А теперь делай то, что, блять, должна сделать.

Это было неправдой. Он не был таким, как они. Будь он таким, он бы разгуливал снаружи и убивал ради крови. Будь он как другие вампиры, он держал бы ту красивую женщину на цепи ради ее крови. А она добровольно наливала ему стакан из своей вены, пока они мило беседовали. Она явно могла уйти в любой момент, когда захочет. И она была магом. Если бы она хотела его убить, она бы смогла.

— Если ты мой враг, почему ты еще не выпустил мне кишки ради моей крови? Они ведь именно так и поступают, верно? Ты сам говорил, что они не такие, как мы, и все же вот он ты. — Я сделала шаг к нему, и на этот раз отступил уже он.

— Они не такие, как мы. Вампиры — это всё то, что я о них говорил, и всё то, что ты о них знаешь.

— Но ты другой.

— Я в ЛОА, и буду здесь, пока мое сердце не остановится. Но пусть даже против моей воли, я — враг. Мне все еще нужна кровь, чтобы жить, и я ее пью. Я жажду ее. Я жажду твоей крови. Ты должна меня бояться.

Мое дыхание участилось:

— Но ты не взял мою кровь. Я знаю, что ты этого не сделаешь. — У него были тысячи шансов. Он мог с легкостью убить меня в лесу два года назад, когда увидел. Он мог сделать это во время любого из наших выходов и свалить всё на другого вампира.

Его руки были сжаты в кулаки по бокам, но взгляд смягчился. Я выигрывала этот спор.

— А что, если в один день монстр победит? Я боюсь этого каждый божий день.

— Не победит. Прошло уже больше двух лет, и ты никого не убил ради крови… ведь так?

Он сделал долгий медленный вдох и сжал губы.

— Убил? — Я со стыдом поняла, что даже это не изменит моего решения. Даже если командир Эйс войдет в библиотеку прямо сейчас и прикажет мне казнить его, я не сделаю этого.

Он провел ладонью по лицу и застонал:

— Сейчас у меня больше контроля, но в самом начале мне это было необходимо. Я ходил в тюрьмы и убивал плохих людей, Эйсира. Людей, которые совершали ужасные вещи, но я все равно убивал их ради их крови.

Это было вполне в его духе.

— Значит, ты тот самый человек, которым я тебя считала, даже будучи вампиром. Ты защищаешь невиновных и уничтожаешь зло. Ты все тот же Вандер, которого я всегда знала.

— Но это не так. Это ложь. Неужели ты не понимаешь?