Мать твоя женщина, я выпалила это и даже ни разу не запнулась!

Отрицание и брезгливость волной прокатились по его лицу.

— Я не собираюсь жрать по мозгу каждые полторы недели. Это… — Он осекся, и меня прошибло стойкое предчувствие, что он собирался закончить фразу словами «этого не будет». — Это не моя жизнь.

— Я прекрасно понимаю, что адаптироваться к такому раскладу — задача не из легких, — произнесла я, намеренно сделав голос мягким и вкрадчивым. — Но ты не один, и без поддержки тебя никто не оставит. — Я сделала неопределенный жест рукой, как бы охватывая весь дом и его обитателей.

Как раз в этот момент вернулся Брайан. В руках он нес миску с чипсами и тарелку с чем-то, что по виду и запаху напоминало замаринованные и обжаренные на гриле ломтики мозгов. Он аккуратно водрузил подношения на столик рядом со мной, после чего послушно вернулся на свой пост у меня за спиной.

— Спасибо, Брайан, — улыбнулась я ему, а затем снова повернулась к Эндрю: — Пожалуйста, угощайся. Те, что на гриле — просто пальчики оближешь.

Эндрю намертво прилип взглядом к тарелке — точь-в-точь как собака, которая гипнотизирует кость за стеклом витрины. Он судорожно облизал губы, но тут же испуганно встряхнул головой, осознав, насколько сильно себя выдает. Быстро сглотнув слюну, он упрямо мотнул головой:

— Нет, спасибо.

Я аккуратно подцепила пальцами один из обжаренных ломтиков и откусила маленький кусочек.

— Лайфхак от профи: если уровень мозгов в организме упадет ниже критической отметки, соображать здраво станет в разы труднее. — Я облизала пальцы, постаравшись сделать это как можно изящнее. — Так что перед началом любых серьезных переговоров имеет смысл хорошенько перекусить. — Я снова сделала приглашающий жест в сторону тарелки, после чего отправила остаток ломтика себе в рот.

Не в силах больше сопротивляться аромату, Эндрю шагнул вперед, взял один ломтик, затем еще один и отступил назад. Его руки слегка дрожали, когда он запихивал кусок в рот, а в его глазах читались одновременно облегчение и отчаяние.

Я взяла салфетку, вытерла пальцы и подождала, пока он покончит с обоими кусочками, прежде чем заговорить снова:

— Лично я выделяю по мозгу в неделю на базовые нужды и для того, чтобы от меня не несло мертвечиной, — я тихонько рассмеялась. — Думаю, тебе бы очень не хотелось, чтобы в зале заседаний от тебя начали отваливаться запчасти.

На его лице отразился вполне адекватный ужас.

— Мозг… в неделю, — он нехотя кивнул, признавая поражение.

— Но тебе в любом случае понадобится заначка на случай травмы или неожиданных нагрузок, — продолжила я. — Ну или секса. — Я ухмыльнулась. — Поверь мне на слово: перед сексом тебе стопроцентно захочется хорошенько перекусить.

Эндрю издал какой-то удушливо-захлебывающийся звук в глубине горла и окрасился во все шестнадцать оттенков красного.

— Что ж, отличненько, остановимся на одном мозге в неделю, — бодро погнала я дальше, главным образом потому, что боялась: если я замолчу хоть на секунду, то просто лопну от смеха при виде шока на его физиономии. — И, пожалуй, хм, три-четыре мозга авансом для стартового неприкосновенного запаса. Как тебе такой расклад?

Его рот беззвучно зашевелился.

— Отличное начало, мэм, — услужливо вставил Брайан.

Я повернула голову и одарила его лучезарной улыбкой:

— Спасибо, Брайан.

Надо признать, стоя у меня за спиной, он выглядел просто запредельно угрожающе. К такому я бы легко привыкла. Снова переключив внимание на Эндрю, я слегка поморщилась: — Ой, извини, я тут сижу, разглагольствую и по умолчанию считаю, что ты захочешь брать мозги у нас. У тебя есть какое-то другое место, где их можно достать?

Он был загнан в ловушку, и сам это прекрасно понимал. Он ни за какие коврижки не смог бы брать мозги из тех источников, что использовала лаборатория «Сабертона», поскольку риск быть раскрытым был слишком велик. Возможно, со временем он и нашел бы альтернативного поставщика, но прямо сейчас — и, вероятно, на ближайшие несколько месяцев — он увяз по самые уши.

Он прочистил горло, и смирение навалилось на него, словно свинцовое одеяло.

— Нет. Другого места у меня нет.

И хотя мысленно я уже победно вскидывала кулаки и танцевала победную джигу, на лице моем не дрогнул ни один мускул.

— Что ж, ладно. — Я сделала паузу, несколько секунд не сводя с него глаз и давая тишине как следует повиснуть в воздухе. — И что же ты предлагаешь нам взамен?

И хотя он железно знал, что рано или поздно разговор сведется именно к этому, от всего пережитого за день он был настолько выбит из колеи, что не смог сдержать обреченного, бессильного понуривания плеч.

— Чего вы хотите? — спросил он глухим голосом.

— Информацию. Влияние. Ты займешь очень выгодную позицию для предоставления и того, и другого после своего, кхм, триумфального и героического возвращения в «Сабертон».