Вот теперь Эндрю наконец нащупал твердую почву под ногами. Он вздернул подбородок и упрямо выпятил челюсть:

— Нет. Я наотрез отказываюсь делать что-либо, что пойдет во вред моей компании.

Черт. Не та тактика. Давай попробуем еще раз.

— Я и не прошу тебя об этом, — произнесла я как можно мягче. Опустив обе ноги на пол, я подалась вперед. — Эндрю, никто не просит тебя предавать семью или твое… — я лихорадочно соображала, подбирая нужное слово, — твое наследие.

«Не запори всё, Энджел. Ты уже на финишной прямой!»

— Но сейчас ты оказался в уникальном положении, и я искренне надеюсь, что это поможет тебе лучше понять, каково это — жить в шкуре зомби, и с какими трудностями мы сталкиваемся. — Я уперлась локтями в колени и слегка сцепила пальцы в замок. — Черт, да я не знаю. Может, ты мог бы предлагать какие-то изменения в политике компании и… — Блин, какое еще есть слово вместо «влияния»? Для него это слово как красная тряпка. — …направлять решения в русло, которое нам поможет. Ну или, как минимум, не причинит вреда.

Он нахмурился, но в этот раз его мина казалась скорее задумчивой, чем в стиле «я помножу этих гондонов на ноль при первой же возможности».

— Ну а если у тебя ничего такого сделать не выйдет, — продолжила я, — то простое предупреждение о том, что на нас надвигается очередное дерьмо, было бы чертовски крутым жестом и явно помогло бы тебе нажить друзей с нашей стороны. — Я пожала плечами. — Лично я ставлю на то, что ты сможешь перестроить «Сабертон» так, чтобы ему больше не приходилось опираться на зверства ради конкуренции.

Взгляд Эндрю снова вернулся к тарелке с замаринованными кусочками.

— Это звучит вполне разумно.

— Думаю, из нас вышли бы куда более полезные союзники, чем враги, — подытожила я.

Он неопределенно вздернул подбородок — жест, который говорил о том, что он не то чтобы со мной согласен. Впрочем, я еще до начала разговора понимала, что он не бросится к нам в объятия и не станет нашим Лучшим Другом и Офигенным Союзником за один вечер. Если это вообще когда-нибудь случится. Маленькие шажки, все дела.

Я взяла сушеный чипс из мозгов и помахала им в сторону тарелки и миски:

— Угощайся еще. Безвозмездно, то есть даром, никаких скрытых условий. Обещаю. Тебе полегчает, поверь мне.

Я наблюдала, как он шагнул вперед, подцепил еще два обжаренных ломтика и загреб горсть чипсов.

— У тебя есть какие-нибудь вопросы? По себе знаю, сколько каши в голове, когда ты только-только стал зомби.

Он качнул головой, вовсю заглатывая очередной кусок.

— Нет. У меня есть доступ к… информации, — произнес он, хотя у него хватило совести на миг принять слегка смущенный вид.

— Ну да. Та самая исследовательская база по зомби, которую вы там у себя собирали. — Я понимающе кивнула. — Скоро ты сам поймешь, что там далеко не всё правда. Лабораторные условия — это тебе ни разу не реальный мир, понимаешь? — Мой голос жестко прибавил металла в тональности. — Приведешь свои дела в порядок, выставишь на мороз этих далласских ублюдков вместе с Кристи Чэриш, и, возможно, мы сможем взглянуть на те исследования по долголетию как на совместный проект.

Я сделала театральную паузу, наблюдая, как он чуть не подавился чипсом.

— Ага. Мы и об этом в курсе.

Он переступил с ноги на ногу — направление беседы ему явно не нравилось, хотя в его глазах и мелькнула искра живого интереса.

— Всё это, конечно, безумно увлекательно, — кисло отозвался он, — но завтра у меня заседание совета директоров, к которому мне вообще-то нужно готовиться.

Брайан слегка подался вперед, делая вид, что поправляет посуду на столике, и едва слышно наводящими подсказками нашептал мне имена.

— Я всё понимаю, — ответила я Эндрю. — Мы будем на связи, чтобы организовать надежную и конфиденциальную доставку мозгов. — Я поднялась с места и расправила складки на юбке. — Тем не менее, с твоей стороны было бы отличным актом доброй воли, если бы ты выкатил нам максимум инфы о тех двоих водителях и охраннике, которых сцапали вместе с Пьетро и доктором Чэриш: Саймоне Сиртисе, Фелиции Годвин и Лоуренсе Хокинсе. Они ведь сейчас в Далласе, верно?

Губы Эндрю сжались в тонкую ниточку, и он коротко кивнул:

— Я посмотрю, что можно сделать.

— Крутяк. — Я гордо вскинула подбородок. — Раз уж ты теперь без пяти минут у руля «Сабертона», то наверняка в курсе, что те актеры из массовки, на которых ваши люди ставили эксперименты, сейчас массово дохнут. Мы уже принимаем меры, чтобы остановить эти идиотские и бессмысленные смерти. Уверена, «Сабертон» занимается ровно тем же самым, м-м?

Его глаза округлились, а вся краска мигом сошла с лица:

— Я об этом не знал.