Я смотрю, как он уходит, а затем возвращаюсь в спальню. Она аккуратная и опрятная, но все равно гостеприимная. Стены и пол сделаны из тех же бревен, что и остальная часть дома. У него темно-синие шторы на окнах, а плюшевый синий ковер покрывает часть пола.

Слева находится ванная комната, и я заглядываю туда. Там тоже есть только самое необходимое, и мне интересно, нравится ли ему минималистский стиль или что-то в этом роде.

Гардеробная справа, и она даже на четверть не заполнена одеждой Клиффа. Я качаю головой. Я могла бы делать великие вещи с таким шкафом.

Запах плавленого сыра бьет в нос, а в животе урчит. Я не ела со вчерашнего дня, и, похоже, Клифф действительно хороший повар. Может быть, поэтому кухня выглядела как единственное помещение в доме, которое активно используется.

Я спускаюсь вниз на кухню. Клифф стоит у плиты, что-то переворачивает на сковородке, и у меня текут слюнки от этого зрелища. Его широкие плечи выглядят такими сильными, такими крепкими. Как будто они могли выдержать вес моих нош и при этом умудриться держать меня рядом.

Может быть, он прав, когда говорит, что мы пара, потому что если моя жизнь была бы такой, будь я с ним, то я в деле.

Глава 5



Клифф

ОНА так долго спит. Интересно, все ли с ней в порядке? Может, мне ее разбудить?

Мой медведь согласно кивает, желая снова увидеть прекрасное лицо нашей пары. Эти круглые зеленые глаза, фарфоровая кожа, поцелованная сладчайшим румянцем, и эти губы... Боже, сколько раз я представляла их вкус прошлой ночью?

Ее сладкий аромат и соблазнительные изгибы дразнили меня всю ночь, пока я ворочался на диване. На самом деле, я провел в гостиной всего несколько часов, прежде чем поднялся наверх, чтобы проверить Хани. К моему удовлетворению, она свернулась калачиком, крепко спала и даже имела намек на улыбку на губах. Я знал, что не могу оставаться в комнате и смотреть на нее, как придурок, поэтому устроился снаружи в коридоре. Я слышал ее тихое похрапывание, и этого было достаточно для меня. Пока, по крайней мере.

Зверь во мне хотел залезть к ней в постель, но я его удержал. Хани пока не готова к этому, и последнее, что я хотел бы сделать, это давить на нее.

Это все должно быть шоком для моей пары. Я пытался вспомнить, говорили ли Роман и Страйкер когда-нибудь о том, что они сказали своим парам, когда рассказали о перевертышах. Они единственные люди, которых я знаю, у которых есть человеческие пары. Я раздумывал позвонить им и попросить совета, но было уже поздно.

Я смотрю на часы в четвертый раз за столько же минут, напоминая себе, что моей паре нужен отдых. Я не уверен, откуда она взялась, и какая жизнь была у нее до меня, но я клянусь всегда быть ее безопасным местом. Мне просто хотелось бы как-то найти способ сказать ей это, не выглядя при этом навязчивым извращенцем.

Я не силен в словах, и знаю, что, вероятно, вчера облажался, когда пытался рассказать ей о перевертышах и об их истинных парах. Я не уверен, что любые объяснения будут достаточными. Нужно просто увидеть это своими глазами, чтобы поверить. Дело в том, что она это видела. Я подумывал снова превратиться в своего медведя, чтобы доказать ей, что это правда, но я не готов рисковать еще одним обмороком.

Я решил, что лучше всего будет просто ответить на любые вопросы, которые у нее могут возникнуть. Так я не перегружу ее подробностями. Это может убить меня, но я подожду, чтобы заявить о своих правах на пару, пока она не поймет, во что ввязывается. Несмотря на мою абсолютную веру в предопределенных пар, я понимаю, что Хани должна выбрать меня сама.

Я шагаю на кухню, затем обратно к лестнице. Я бродил по гостиной около часа, пытаясь размять спазмы в спине и плечах ото сна на полу, с нетерпением ожидая снова оказаться рядом со своей парой.

Уже почти десять, а она не ела уже несколько часов. Судя по тому, как она вчера поглощала ужин, я знаю, что она, должно быть, проголодалась. У меня такое чувство, что о Хани давно никто не заботился, может, вообще никогда. Она какое-то время обходилась без еды, но больше никогда.

Мой медведь рычит внутри меня, не желая, чтобы наша пара чего-то хотела. Если ей что-то нужно, мы дадим ей это. Она будет просыпаться каждое утро, зная, как ее любят и лелеют, и засыпать, укутанная в мои надежные объятия.

Мой медведь согласно кивает, наслаждаясь мыслями об обнимашках, и я улыбаюсь, возвращаясь на кухню с обновленной целью. Моей паре нужен завтрак, и я не могу дождаться, чтобы приготовить его для нее.

Трубы включаются над моей головой, и я знаю, что она, должно быть, уже встала. Я взбиваю яйца в миске, добавляя немного масла на сковороду. Напевая себе под нос, пока я работаю, я выливаю яйца на сковороду и проверяю бекон, чтобы убедиться, что он не подгорел.

– Здесь пахнет потрясающе, – говорит Хани, присоединяясь ко мне. Я поворачиваюсь, и мой рот наполняется слюной при виде ее в узких джинсах и тонкой белой футболке.