Пол вспыхнул красным. Не весь, а только тот кусочек, на который я наступил. На грязном цементном полу светился красный шестиугольник, похожий на знак "стоп". Это не был круг силы, на самом деле, нет, но он действительно приковал меня к месту.

— Попался! — раздался резкий голос у меня за спиной.

Я попытался отойти в сторону, но мои ноги словно приклеились к месту. Позади меня что-то шевельнулось. Я крутанул бедрами, чтобы развернуться, как раз вовремя, чтобы услышать щелчок затвора винтовки.

Я скользнул в тень, даже не уверенный, что это сработает. Это сработало. Пуля пробила пол там, где я стоял. Я скользнул назад и под землю, мимо человека с пистолетом.

Материализоваться прямо за его спиной было легко. Сжимать проявление тени в кулаке было не так-то просто. Дело было не в тусклом красном неоновом освещении, а во мне. У меня осталось не так уж много сил, так что я должен был принять это во внимание.

Я ударил нападавшего ремнем по пояснице. Синяя вспышка отбросила мою руку. Он даже не пошевелился, и я вдруг понял, с кем сражаюсь.

— Подожди, — сказал я. — Это я! Циско.

Каспер решительно повернулся. Его нельзя было назвать расторопным, но он все равно ударил меня винтовкой по голове.

Я упал на спину, в то время как мой друг досылал в патронник еще один патрон. В последнюю секунду я вскинул ногу и дернул винтовку, когда она выстрелила. Пуля вонзилась в потолок, осыпав его осколками кафельной плитки.

Каспер снова бросился на меня, на этот раз с ударом ноги. Все еще лежа на земле, я отвел ногу назад и ударил его в живот.

Вспыхнуло еще больше синего. Боль пронзила мою ногу. Я отодвинулся, чтобы как следует рассмотреть старика. В темноте я разглядел его лицо, как всегда, изможденное, с белой бородой, закрывающей половину груди. Он был худым, если не считать круглого пивного животика. Обнаженный торс и руки были сплошь покрыты татуировками. Некоторые из них были даже на его лице. Благодаря моему магическому зрению каракули засветились лазурным светом. Ублюдок был защищен татуировками, которые заставляли меня стыдиться.

Теперь он опустил пустую винтовку, пытаясь размозжить мне голову. Я отразил удар предплечьем в привычной для меня манере. К сожалению, пока броня держалась, Каспер был сильнее меня. Не зря, но это о чем-то говорило при его худощавом телосложении. Держа оружие обеими руками, он прижал дуло к моей шее.

— Это я, — повторил я, прежде чем винтовка прижалась к моей гортани и придавила меня к полу.

Лицо Каспера было в нескольких дюймах от моего, когда он навалился на меня всем своим весом. Тот же старик, которого я знал, только глаза его были полны ярости.

Я уже видел эти глаза однажды, в отражении в окне машины. Мои глаза, когда я впервые проснулся этим утром. Он не испытывал ярости. Это был страх.

Я слабо надавил на ствол оружия, не в силах освободить дыхательные пути. Это была борьба, в которой я проигрывал. Костяшки моих пальцев побелели, лицо покраснело. Моя почерневшая левая рука почти полностью онемела, а на правой снова появились струпья. Я был в полном раздрае.

Я боролся. Боролся изо всех сил. У меня закружилась голова. Я вот-вот должен был вырубиться. И тут винтовка разлетелась на три части.

Каспер пошатнулся и выпрямился. Я вдохнул и пришел в себя. Мы посмотрели друг на друга, оба в замешательстве от того, что произошло.

Моя металлургия никогда еще не разрушала ничего настолько прочного.

Байкер вскочил на ноги и побежал в коридор. Большинство подумало бы, что он собирается сбежать, но я знал, что Каспер никогда не сдастся без боя. В конце коридора я увидел его истинную цель: огромный боевой топор, висевший на стене.

Я не собирался повторять свой трюк с металлом. Я был на пределе, так что решил пойти на что-то попроще. Я снова скользнул в тень и опередил Каспера, встав между ним и оружием, готовый отразить его следующую атаку.

Это было интересно. Старик резко остановился и щелкнул выключателем на стене. Мои тени исчезли.

Я смахнул черные слезы с глаз и поднял руку.

— Каспер! Ты что, охренел, деревенщина? Это же я!

Мой друг вздрогнул, не зная, что делать. Он напрягся, готовый к атаке, но через мгновение расслабился. Каспер задумчиво почесал бороду.

— Циско?

— Да! — Закричал я. Я прислонился к стене, чтобы не упасть.

— О, почему ты сразу не сказал?

Глава 24

— Coño tú madre[5], — пробормотал я себе под нос.

— Нет-нет, — возразил Каспер, перекидывая мою руку через свое плечо. — Не начинай с этой испанской чепухи. И я не деревенщина. Я из Норвегии.

Байкер без труда дотащил меня до стола с чернилами. Он смахнул мусор со стула и усадил меня. Когда он придвинул свой табурет, мне вдруг показалось, что у меня вот-вот начнется кариес.

— А чего ты ожидал? — пожаловался я. — Мы с тобой друзья, а ты пытался меня убить.

Он пожал плечами.

— Не переживай из-за деталей, Циско. Черт, я думал, ты пытаешься меня убить. — Каспер осмотрел ущерб, нанесенный его магазину, и покачал головой. — Потолок сейчас протечет.