Только не для меня. Никогда.

И все же я всегда держался на расстоянии. Не подпускал ее ближе вытянутой руки. Отводил взгляд. Убеждал себя, что она лишь продолжение Окли, хотя все это время Уиллоу была самостоятельной личностью. И осознал я это только на этой неделе.

Уткнувшись лицом в подушку, я едва сдерживаю раздраженный крик. Вселенная явно решила надо мной поиздеваться. Боги, в чьих руках находится моя судьба, получают удовольствие, изводя меня. Иначе меня не переехал бы грузовик, груженный дерьмовыми эмоциями, лишь потому, что девушка призналась в симпатии ко мне. Или в том, что симпатизировала раньше. Но судя по ее реакции на меня, готов поспорить: чувства никуда не делись.

Я не настолько самоуверен, чтобы считать, будто могу заполучить любую женщину на свете, но я гоняю на быстрых машинах, зарабатываю миллионы и обладаю внешностью и улыбкой, от которых с женщин слетают трусики. Меня одинаково любят и матери, и дочери. Я нахальный ублюдок, который обожает кокетливые шутки и пошлые реплики во время интервью. Я, блядь, само очарование, и женщины часто дают мне это понять.

Обычно без слов.

Так что признания во влюбленности и кокетливые взмахи ресниц для меня не в новинку. Я знаю, как реагировать на признание в любви в порыве страсти и на слезы, которые появляются, когда отвечаю, что не испытываю того же. Умею избегать связей, заканчивающихся драмой. Знаю, как выбираться из неприятностей.

Вот только из-за Уиллоу мне хочется броситься в них головой вперед.

Она заставляет меня всерьез задуматься, не встать ли с кровати и не отправиться ли на ее поиски. Если я это сделаю, возможно, сегодня все-таки смогу уснуть. Я бы ненавидел ее за то, что она нарушает мои привычные ритуалы перед гонкой, если бы не был так ею очарован и не прокручивал бесконечно в памяти многозначительные слова и почти непристойное прикосновение.

Черт, мне нужно взять себя в руки.

Больше всего меня мучает то, что мы просто… замяли случившееся. После того как Окли запретил мне даже пытаться подкатить к его сестре, я больше ни разу не заговорил с ней об этом. Ни на следующий день за завтраком, когда мы оба страдали от жуткого похмелья. Ни в пятницу, когда она заглянула в боксы перед прогулкой по Остину с подругами. Ни сегодня, когда поздравила меня с двенадцатым местом в квалификации и за ужином сидела достаточно близко, чтобы я мог отвести ее в сторону для личного разговора, не вызвав подозрений у брата.

Мы оба делаем вид, будто ничего не произошло, будто эти губительные слова никогда не слетали с ее прекрасных губ. Но я больше не могу притворяться и должен…

Тихий стук в дверь вырывает меня из недодуманного плана спуститься к ее номеру и рассказать, насколько сильно она выбила меня из колеи. Шумно выдохнув, я скатываюсь с кровати и натягиваю футболку со спортивными штанами. Я не собираюсь открывать дверь в одних боксерах, хотя, скорее всего, за ней стоит человек, который за прошедшие годы видел на мне куда меньше одежды. Кажется, Марк видел меня голым чаще, чем любая женщина, с которой я спал.

Но за дверью не Марк, не Чава и не Окли. Даже не Джани или Пэтси, чтобы помучать меня.

Там стоит нынешняя причина всех моих страданий.

— Привет, — здороваюсь я с Уиллоу, удивленно моргая. Черт, неужели я ее призвал? Она почувствовала, что я думаю о ней несколькими этажами выше? Неужели сейчас выяснится, что на самом деле я волшебник? — Что ты здесь делаешь?

Она поднимает взгляд с ковра, но не смотрит мне прямо в глаза. Ее взгляд перебегает с моего лица за плечо и обратно.

— Я искала Ока, — объясняет она, нервно переплетая пальцы перед животом. — Я вышла к торговому автомату и захлопнула дверь, а ключ остался в номере. Думала, он может быть у тебя и я заберу его ключ.

Я качаю головой, главным образом пытаясь избавиться от прежних мыслей. Я ее не призывал, но судьба, похоже, снова что-то замышляет.

Осталось понять, в мою пользу или против меня.

— Он ушел около получаса назад. — Сейчас этот тип наверняка сидит в гостиничном баре и одновременно подкатывает к трем разным женщинам. — Если хочешь, я спущусь с тобой на стойку регистрации, и тебе сделают новую ключ-карту.

Увидев, как нежный румянец заливает верхушки ее скул, я почти ожидаю, что она откажется и поспешит уйти. Но вместо этого Уиллоу кивает и с облегчением выдыхает.

— Ты не против?

Ни капли. Особенно учитывая, что сама судьба привела ее к моей двери. Глупо не воспользоваться возможностью.

— Совсем не против, — отвечаю я, похлопывая по карманам спортивных штанов и проверяя, взял ли собственный ключ. — Номер оформлен на мое имя, так что со мной будет проще.

— Спасибо, — говорит она, отступая и пропуская меня, когда я надеваю кроссовки. — Так глупо получилось. Я буквально оставила ключ на комоде.

— С кем не бывает, — успокаиваю я и вытягиваю руку, предлагая ей вести нас к лифтам.

— А можно пойти по лестнице?