- Поддерживаю, - Иш Зелёный, второй советник, кивнул, - Мы с Аки возьмём на себя гостей из Вечного Царства.

Его пара, статная белая драконица, кивнула, выражая безоговорочную поддержку, и уточнила:

- Ар, готовы ли ваши ремарки по этому вопросу?

Казначей кивнул и протянул требуемое - как истинный дракон, в чужом гнезде все по-настоящему важные для себя вещи он носил с собой.

- Я возьму водный народ, - Ос Водный, первый советник и старейший из присутствующих драконов, переживший обе смуты, подал голос, - С Вашего дозволения.

Все кивнули. Спорить с Осом не стал бы никто.

- Я составлю компанию людям, Ри приветствует представителей Неблагого Двора - если мой Князь одобрит такое решение, - прожурчала Ми.

Тир на мгновение задумался и подтвердил кивком такой план, и Ар мысленно с ним согласился. Ри Алый и фейри - две одинаково мерзкие проблемы, которые вполне можно было бы поручить друг другу.

- У меня будут деловые встречи с дворфами и несколькими кланами оборотней. Все уже назначены. Я попрошу Вашу Светлость и Господина Оса поприсутствовать на некоторых из них.

С этими словами Ар передал двум упомянутым драконам свитки с информацией.

- Хорошо, - кивнул князь, - Не забывайте, такое проводится впервые - в честь того, что моя пара оказалась человеком, я открою смотрины для представителей других рас. Пожалуйста, не подведите!

Все склонили головы, и тут Ри, сверкнув кровавыми очами, проговорил:

- Ваша светлость, боюсь, существует одна проблема, о которой я вынужден сообщить. Мне написал мой отец и поставил в известность, что моя сестра, Ири Алая, выразила желание участвовать в смотринах и, как самая знатная из дебютанток этого года, просит у Его Светлости дозволения на открытие сезона танцем с одним из свободных драконов.

Ар с трудом подавил раздраженное рычание. Князь уточнил:

- Речь, полагаю, идёт о первом советнике?

- Нет, - Ри перевёл взгляд на Ара, и тот понял ответ прежде, чем он прозвучал, - Моя сестра выбрала господина Казначея.

Каменная столешница в руках серого дракона сломалась, как печенье.

6

Шу, оказавшись в центре всеобщего внимания, ещё и на плавучем острове, почувствовала себя, мягко говоря, некомфортно. Драконы обсуждали свои дела на закрытой вечеринке, а она даже сбежать незаметно не могла бы: прыгнувший в воду и уплывший в закат слуга - зрелище заметное.

Не добавлял удовольствия ехидный взгляд Гора - волк последние пять лет был для Шу немаленькой такой проблемой. Встретились они на точно таком же мероприятии, когда Ис Ледяной, жутковатый дракон с острыми, полупрозрачными на кончиках волосами и кристальными глазами, притащил с собой трофейного оборотня.

Будь это существо любого другого вида, Шу было бы на него наплевать с самой высокой башни, но Гор относился к клану волков, ещё и к одной из старших его ветвей. Это было залогом идеального обоняния, от которого не укрылся ни настоящий пол Шу, ни идеальное переплетение их с Аром запахов. Понаблюдав пару часов за происходящим со стороны, волк не выдержал и вызвал лисицу для личного разговора. В итоге, они пошипели, порычали друг на друга, но клановое обещание, что волк вмешиваться не будет, Шу все же для себя потребовала. Гор, правда, добавил: "Страдают же некоторые ..." - и ещё пару непечатных выражений сверху.

С той поры откровенных попыток влезть в чужую личную жизнь волк не делал, но смотрел так выразительно, что покусать его все же хотелось - для острастки и чтобы поразмяться. К сожалению, Ис, заставший окончание их предыдущего "разговора", заподозрил какой-то секрет и ревностно следил, чтобы оборотни не оставались наедине. Так что, под взглядом сородича Шу теперь оставалось только делать постное лицо и опускать глазки долу, как и положено приличному слуге.

Удовольствия не добавляло и передающееся ей нервозное состояние внешне абсолютно спокойного Ара, который стал ещё раздраженней после заявления ледяной драконицы об истинных парах. Шу украдкой посмотрела на Ми, столь холодно-прекрасную и обманчиво-хрупкую, что сводило зубы. Лисица знала: дружба между Ледяной и Аром прервалась, когда парой Ми стал младший брат той самой Алой драконицы.

На самом деле, лисе было исподволь жаль всех участников той давней истории, в том числе себя - поскольку именно ей приходилось за чужие ошибки отдуваться.