Шу в ответ только скептически подняла бровь - нюх старших оборотней в таких вопросах не лжёт.

- Я не знаю, что сказать, госпожа, - признал наниматель.

- Давайте молчать и пить, - предложила Шу. - А думать буду завтра!

Вечер плавно перетёк в утро, с похмельем не смог полностью справиться даже оборотнический метаболизм, но алкоголь помог лисе успокоить бушующие чувства и принять для себя парочку поистине судьбоносных решений.

Было ясно как утро, что с Аром Серым ей нечего ловить, но и оставить просто так истинного, идеального именно для неё самой, прекрасного и утончённого дракона одного Шу не смогла бы ни за какие сокровища мира. Разумом понимала, что у неё есть возможность уйти, а потом, когда запахи смешаются - уже не будет. Понимала, что правильней поискать замену сейчас, пока не поздно, пока есть шанс через сотню-другую лет почти забыть этот запах. Шу понимала, но чувства были сильнее. Кем она будет, если не попытается? Сдаваться без борьбы было не в её правилах.

Большую часть своей долгой жизни она провела, наёмничая на тракте и попеременно то охраняя кого-то, то убивая, то совмещая эти два увлекательных процесса. Благодаря такому образу жизни в мужчину она переодевалась весьма часто, потому возможное решение проблемы пришло ей в голову довольно быстро.

- Господин Волод, - сказала она сонному медведю. - Скажите, если вы не можете привести к дракону женщину, то как насчет мужчины?..

*

Собеседование с Аром лисица потом вспоминала с поистине сардонической улыбкой. Духи свидетели, если бы кто-то другой попытался вот так наматывать её нервы на вилку, рассказывая о необходимой температуре воды для ванны и пяти тысячах допустимых при готовке благовоний, она бы зверски избила этого помешанного педанта. Однако, чудесный запах в шаге от потенциального работодателя обрёл сводящую с ума насыщенность и с непривычки влиял на Шу, как мощнейшее седативное, позволяя с улыбкой вникнуть в перипетии перегибов драконьей логики. Под конец второго часа разговора Ар поглядывал на нового работника с уважением, на четвёртом часу - предложил сразу, не сходя с места, заключить магический контракт. Шу, для которой преданность истинному казалась само собой разумеющейся данностью, легко согласилась, сказав себе: "Вдруг что, просто уйду" - и ни разу за последующие пятнадцать лет так и не вернувшись всерьёз к этой мысли.

3

Ар Серый помахал в воздухе плотной гербовой бумагой, добавляя каплю родной для него воздушной магии и позволяя защищенным от подделок магическим чернилам высохнуть. Лист отправился под пресс, ко внушительной стопке ему подобных, а дракон деловито потянулся за следующим.

Составление бюджета на следующий год шло весьма споро. Так было всегда, когда Ар злился или раздражался: такого рода состояние вдохновляло его на максимально изящные и красивые экономические махинации, при виде которых даже Раарх, министр экономики Вечного Царства, восхищенно присвистывал, а князь одобрительно кивал и всегда назначал Смотрины на период утверждения бюджета.

Вообще, вопреки мнению большинства драконов, считающих своего воздушного собрата редкостно занудным и жестоким сухарём, сам Ар склонен был полагать себя личностью эксцентричной и творческой. Тем не менее, обычной для него формой истерики было молчание, а творчество реализовывалось в длинных и причудливых рядах цифр, которые для дракона были искусством, тонким, чуть капризным и красивым.

Дракон пробежался глазами по кабинету. Идеально отсортированные книги, находящиеся в вечном движении уравновешенные кубы, плавно поднимающиеся и опускающиеся, водяной журавль, постоянно наклоняющийся к воде с тихим плеском и тут же выпрямляющийся, стеклянная стена, открывающая вид на висячий сад и, конечно, сундуки с отборными каменьями из сокровищницы - это был мир Ара, куда не было хода никому, кроме Шу.

Впрочем, лис был исключением из всех правил, ведь Ар-дракон легко разрешал помощнику заходить на свою половину и даже сидеть в сокровищнице на грудах монет. Ар-человек не понимал причин этого феномена, пару раз порывался даже прикоснуться к голой коже лиса, чтобы проверить совместимость, но каждый раз удерживал себя. Он не интересовался мужчинами, потому шанс, что Шу мог бы быть его парой, был равен нулю. Но, даже если бы вдруг их совместимость оказалась выше нормы - не истинные, но около того, как это бывало нередко - Ару не хотелось этого чувствовать или знать. Боль от потери Лу была сильнее всего, что дракон испытывал когда-либо, и ненависть к собственной истинной паре была прямо пропорциональна этой самой боли.

Ар никак не хотел ненавидеть Шу.

С ним было... уютно, как не было ранее ни с кем. Он был поразительно удобен, оказывался рядом всегда, когда был нужен, и не видел, казалось, никого, кроме Ара. Лис досконально знал вкусы, увлечения, предпочтения своего господина, и можно было не сомневаться: после сложнейшего дня в Княжеской Резиденции Казначей найдёт дома уют и покой.