Было совершенно очевидно, что эта женщина считала нас с Иэном жалкими недооборотнями, безнадёжно отставшими от остальных студентов, потому что мы всю жизнь учились исключительно в человеческих школах. На деле так поступало множество семей. Школ исключительно для оборотней в стране было не так много, и почти все они были дорогими частными заведениями.

— Нас устраивает, — сказала я. — Полагаю, обычные немагические дисциплины здесь тоже есть?

Она махнула рукой. — Разумеется. Мы даём полноценное высшее образование. Большинство выпускников строят карьеру, никак не связанную с магией. В медицинские и юридические школы у нас поступает ничуть не меньше студентов, чем отправляется к Стражам или в ученики к мастерам рун.

До сих пор у меня не было особенно сильных предпочтений насчёт того, чем заниматься в жизни. Я училась в колледже. Подрабатывала в фитнес-центре. Время от времени по ночам убивала всякую дрянь на улицах. Жила одним днём. Но события прошлого месяца приняли решение за меня.

Папы считали, что для настоящей безопасности мне нужно доказать свою ценность Стражам. Значит, именно этим я и займусь.

— Тогда, — сказал Иэн, — мне ещё нужна органическая химия, если в этом семестре есть места.

Пальцы миссис Фоули забегали по клавиатуре. — Можно. Но она пересекается по расписанию с «Историей и культурой оборотней». Полагаю, этот предмет вы пройдёте осенью. Она нажала ещё несколько клавиш, потом подняла на него бровь. — У вас есть вторичная склонность к аптекарской магии?

Он пожал плечами. — Неплохо получается.

Скромничает. Наш отец Джозеф, который днём работал фармацевтом, прекрасно владел аптекарской магией и научил Иэна всему, что знал.

Миссис Фоули задумчиво хмыкнула и снова что-то напечатала. — Тогда давайте добавим вам «Аптекарское дело 101» и вечернюю лабораторную. Направление — фармация или химия?

— Фармация.

— Отлично. Ещё немного печати. — Нам нужен всего один предмет на три зачётные единицы, чтобы набрать полную нагрузку в двенадцать единиц.

— Я пойду на подготовку Стражей, — совершенно буднично сказал он.

Она перестала печатать и подняла на него бровь. — Не уверена, что вас допустят. Отбор у Стражей крайне конкурентный, и на второй год проходят лишь лучшие участники рейтинга первого курса.

Иэн непонимающе взглянул на меня. Я пожала плечами.

— Я всё равно хотел бы попробовать, — ответил он с улыбкой, включая всё своё обаяние. — Я очень неплохо обращаюсь с катаной.

Она немного смягчилась. Совсем чуть-чуть. — У вас есть зверь?

— Лис.

Она задумалась. — Полагаю, тогда это возможно. В группах Отряда поддержки у нас действительно обучаются самые разные оборотни обычного уровня.

Ну разумеется. Настоящими Стражами могли становиться только Праймы.

Улыбка Иэна стала шире. — Прекрасно. Тогда моё расписание готово.

Убеждённой она всё равно не выглядела, но перешла ко мне. — Теперь, мисс Бакстер, — сказала она, направив на меня изучающий взгляд, — какие немагические области вас интересуют?

Я пожала плечами. — Гуманитарные науки.

Она заглянула в мою папку. — Зачётных единиц достаточно для дисциплин продвинутого уровня. Снова повернулась к компьютеру. — Как вам «Фольклор и литература»?

— Отлично.

— Прекрасно. Теперь вам осталось набрать ещё три зачётные единицы…

— Я тоже пойду на подготовку Стражей.

Её пальцы замерли над клавиатурой. — Простите?

— Запишите меня на подготовку Стражей, пожалуйста. Вместе с братом.

Она уставилась на меня. — Среди Стражей нет женщин.

Не особенно удивительно. Вообще обращаться могли очень немногие женщины. — Почему? — всё равно спросила я.

Она отвернулась от компьютера и сняла очки для чтения. Осмотрела меня так, словно пыталась понять, где именно я храню весь этот запас наглости. На первый взгляд я почти ничем не отличалась от других женщин с кровью оборотней. Рост метр семьдесят восемь. Подтянутое, сухое тело спортсменки. Но оборотни в целом были выше и атлетичнее людей — как латентные, так и нет. Жаль, мечи оставила в машине.

— У вас есть зверь? — спросила она с едва скрытым разочарованием.

— Я не обязана отвечать.

Во многом общество оборотней застряло в прошлом, но законы о конфиденциальности касательно способности к обращению и типа зверя были железными уже много десятилетий. Многие открыто говорили, кем являются. Но никто не имел права этого требовать.

Она нахмурилась и откинулась на спинку кресла. — Я не могу одобрить ваше участие в программе Стражей независимо от того, обладаете вы повышенной силой зверя или нет. Единственная причина проходить эту подготовку — стать настоящим Стражем. А это чрезвычайно опасная работа. Наши женщины слишком ценны, чтобы терять их на передовой.

Только годы практики помогли мне не закатить глаза. В прошлом родители сражались бок о бок с несколькими женщинами-оборотнями. Ни одна из них официально не состояла в Стражах. Впрочем, как и мои папы.