- Но это другое. - Дзик ткнул пальцем в глянцевые страницы, оставив жирное пятно. - Не техническое, не финансовое, не политическое. Мы нашли нечто, что даже не является человеческим. И я не уверен, что есть решение.

Флиттер слегка вздрогнул. Теперь они были близко к горловине самой червоточины. Пул мог видеть электрически-голубые нити экзотической материи, которые пронизывали дыру по всей длине, отрицательная плотность энергии создавала отталкивающее поле, которое удерживало горловину открытой. Стены дыры вспыхнули полосами и искрами: гравитационные напряжения превратились в потоки экзотических частиц.

Пул снова всмотрелся в снимки, поднеся их к свету кабины. - На что я здесь смотрю?

Дзик сложил руки в виде сферы. - Вы знаете, что такое Готовая Аляска: шар в сотню миль в поперечнике - наполовину рыхлая скала, наполовину водяной лед, следы водорода, гелия и немного углеводородов. Похоже на ядро огромной кометы. Он находится в поясе Койпера, сразу за орбитой Плутона, вместе с бесчисленным количеством подобных спутников. А поскольку Солнце - всего лишь среднеяркая звезда на небе, там так холодно, что на поверхности конденсируется гелий - сверхтекучие лужицы, скользящие по корке водяного льда.

- Мы не слишком тщательно осмотрели Аляску, когда прибыли на нее. - Дзик пожал плечами. - Мы знали, что, как только начнем работу, все равно разрушим элементы поверхности...

Строительная бригада затопила слепой маленький мирок взрывом тепла и света. Это был дом вдали от дома; даже период его вращения примерно соответствовал земным суткам. Люди покинули случайно выбранную точку посадки, исследуя, тестируя, играя, строя, готовясь к Порт-Солу будущего. Структуры из льда и жидкого гелия, которые миллиарды лет сохранялись в неосвещенных глубинах внешней системы, рассыпались, испарились.

- Потом кто-то принес это.

Дзик пролистал глянцевые снимки, выбрал один. На нем была изображена кочка на льду, похожая на ступицу колеса без обода с восемью равномерно расположенными спицами. - Девушка взяла этот снимок на память. Новинка. Она думала, что регулярность - это какой-то кристаллический эффект - как снежинка. Сначала мы все так думали. Но затем нашли еще больше этих проклятых штуковин.

Дзик разложил глянцевые снимки по своему портфелю. Пул увидел, что структуры на фотографиях обладают той же восьмикратной симметрией, что и на первой. Дзик продолжил: - Все примерно одинаковой массы и размера - размах этих похожих на корни хоботков составляет около двенадцати футов; высота центрального ствола - шесть футов. Они покрывают поверхность Аляски, особенно горные хребты, которые улавливают солнечный свет. Или они это делали, пока мы не начали валять дурака. - Он посмотрел на Пула, защищаясь. - Майк, как только я понял, что у нас здесь, то прекратил операции и отозвал всех обратно на корабль. Мы нанесли большой ущерб, но... Майк, мы не должны были знать. Мы инженерная команда, а не биологи.

- Биологи?

- Нам удалось вскрыть одну из штуковин. Она пронизана тонкими, похожими на волос каналами. Капиллярами. Мы думаем, что капилляры предназначены для прохода жидкого гелия. Сверхтекучего. - Он неуверенно посмотрел в лицо Пулу. - Вы поняли, Майк? Эти чертовы штуки сидят на своих гребнях, наполовину в тени, наполовину снаружи. Солнечный свет создает перепад температур - крошечный, но достаточный для того, чтобы сверхтекучий гелий проникал через корни.

Пул в изумлении уставился на фотографии.

Дзик откинулся на спинку стула и скрестил пальцы на своем мягком животе; он смотрел из флиттера на сверкающую трубу растянутого пространства-времени, которая окружала их. - Сейчас власти ни за что не позволят нам продолжать развивать Порт-Сол, если это означает уничтожение пней. И все же пни такие чертовски безрадостные. Майк, мы построили туннельное шоссе стоимостью в триллион долларов, ведущее к цветочной клумбе. Даже туристическая торговля не будет стоить и ломаного гроша. Думаю, мы можем перенести интерфейс червоточины на какой-нибудь другой объект Койпера, но стоимость будет разорительной...

- Вы хотите сказать, что эти существа живые?

Лицо Дзика было таким же широким и пустым, как исчезнувшая Луна. - В том-то и дело, Майк, - мягко сказал он. - Они сделаны из водяного льда и камня, и они пьют жидкий гелий. Это растения. Люди-солнца сверкали в небе. Скульптор съежился, прижимаясь к незнакомой земле.

Он представил, как человек-солнце спускается после своей собственной консолидации, его дьявольский жар вымывает кровь и кости из его затвердевшего тела. Будет ли Скульптор осознавать, в какой-то степени, катастрофу? Будет ли он по-прежнему чувствовать боль?

Он оттолкнулся от разбитой земли. Ни один человек не смог бы консолидироваться рядом с такой угрозой; необходимость найти безопасный, устойчивый склон холма - с надлежащей степенью тени - была для всех них как боль. И вот Скульптор 472 наткнулся на свой народ, все они были беженцами, тщетно ищущими убежища от сияющих, деформированных незнакомцев.