Я похож на статую человека, выполненную из серебра или хрома. Мои ноги - колонны. Мои кисти стали невероятно сильными. Я больше не живу за глазами: живу в своей грудной полости. Я чувствую себя глубоководной рыбой, слепой и почти неподвижной, застрявшей здесь, в темноте. Мои механические глаза подобны перископам, они намного выше "меня".

Я могу питаться звездным светом и целыми днями выживать в вакууме, окутывая свою семидесятишестилетнюю человеческую сущность - себя - теплом и тьмой. У меня есть доктор-призрак; дважды в год он открывает меня и очищает.

У меня есть лицо, скульптура из глаз, носа, рта. Оно даже выглядит не так, как я привык раньше. Это не имеет значения; кроме глаз, лицо нефункционально, оно нарисовано, чтобы успокоить меня.

Я могу бегать с призраками. Могу летать в космосе, если захочу. Я не часто этим занимаюсь. Когда я не имею дело с призраками, то провожу большую часть своего времени в виртуальной среде.

Так что моя физическая форма не имеет большого значения. На самом деле, в последнее время я стал жалеть, что призраки просто не перестроили меня в сферу, какими они являются: простую, классическую, эффективную. Надо мной парил призрак. Это был серебристый шар диаметром в пять футов, на поверхности которого мерцали сложные узоры. Я узнал его по электромагнитной сигнатуре: вопреки мифу, призраки не все одинаковы, по крайней мере, для другого призрака.

Я поприветствовал его: - Посол Радиатора.

Посол Радиатора плавал передо мной, мерцая; я мог видеть свое собственное искаженное отражение в его оболочке. - Джек Рауль. Прошло много лет...

- Больше десяти лет.

- Приятно с вами встретиться. Даже если ваше путешествие было напрасным.

Так это началось: бесконечный дипломатический танец. Я знаю посла, от случая к случаю, в течение долгого времени, и у нас есть определенная дружба, как, наверное, вы бы назвали это. Но ничто из этого никогда не должно вмешиваться в биологические императивы.

- Полагаю, вы хотите перейти прямо к делу, посол Радиатора? Ясно - я вижу, - что вы проводите новые эксперименты с квагмой там, внизу, на этом спутнике. Чем вы занимаетесь сейчас?

- Нам нет необходимости оправдывать наши действия. У вас нет никакой власти над нашей деятельностью.

- О, она у нас есть. По договору мы имеем право инспектировать любой связанный с квагмой проект, которым управляют призраки. Вы это очень хорошо знаете. Так же, как у вас есть взаимные права по отношению к нам.

Это было правдой.

Изучение первичной квагмы - реликтов Большого взрыва - оказалось чрезвычайно опасным. Вплоть до привлечения внимания ксили.

Человечество - и серебряные призраки, и множество других космических рас - привыкли к отчужденному взгляду ксили и их случайному разрушительному вмешательству в наши дела. Например, пятьдесят лет назад ксили помешали экспедициям призраков и людей, которые пересекли Вселенную в поисках фрагмента квагмы.

Некоторые полагают, что таким вмешательством ксили поддерживают свою монополию на власть, которая господствует во всей наблюдаемой Вселенной. Другие говорят, что, подобно мстительным богам детства человека, ксили защищают нас от самих себя.

В любом случае, это оскорбительно. Клаустрофобно.

За время, проведенное с призраками, у меня появилось подозрение, что они чувствуют примерно то же самое. Что делает их еще более опасными.

Спустя четыре десятилетия после тех первых экспедиций мы обнаружили доказательства того, что призраки проводили эксперименты с квагмой в нарушение договоров между нашими расами. Меня послали посмотреть.

Предположение оказалось точным. Опасный проект призраков разворачивался в сердце звезды, красного гиганта, скрывая свою работу от ксили и, кстати, от нас.

Катастрофический исход этого проекта едва не уничтожил нас.

После этого было усилено наблюдение людей за проектами призраков по квагме.

И теперь казалось, что призраки снова взялись за дело.

Посол Радиатора сказал: - Вы не понимаете, Джек Рауль.

- О, не так ли?

- Это новая программа, имеющая огромное значение. У нас есть полное право беспрепятственно продвигать ее. Сейчас. - Он внезапно стал гостеприимным. - Вы проделали долгий путь. Ваш врач под рукой. Возможно, вы хотите отдохнуть, прежде чем вернуться в плоскость Галактики...

Я подошел к нему, широко раскинув руки, мои посеребренные кисти были подняты, как оружие. Я надеялся, что призраки - по крайней мере, посол Радиатора - достаточно изучили людей, чтобы понять что-то из языка моего тела. - Посол Радиатора, мы не собираемся так оставлять это. Мы должны знать, что вы здесь делаете. - Я придвинул свое скульптурное лицо так близко к его серебристой коже, что мог видеть собственное искаженное отражение. - После прошлого раза мы вполне готовы применить силу.

Он, казалось, напрягся; я попытался разобрать тонкие интонации чипов-переводчиков. - Это какое-то официальное заявление о...