Только самые сильные могли ходить без посторонней помощи. Остальным требовались палки или инвалидные кресла. Сломанные кости, отказавшие колени и лодыжки были обычным явлением. Те, кто, как Гейдж, вырос в мирах с низкой гравитацией или в невесомости, страдали больше всего. Импровизированные подразделения АВТ были вынуждены бороться с чумой слабеющих сердец и замедленным кровообращением.

Это было похоже на старение за двадцать четыре часа.

Гейдж и Моро попытались заняться сексом, но это было невозможно. Ни один из них не мог выдержать вес тела другого. Даже лежать бок о бок, лицом друг к другу, через несколько минут становилось невыносимо. Они нежно прикоснулись друг к другу, затем легли на спину в пещере Моро, держась за руки. Еще через три месяца Марис Маккензи пришла навестить Гейдж. Маккензи передвигалась в инвалидном кресле; ее большая, хрупкая, красивая лысая голова откинулась на спинку кресла, как будто мышцы на шее были перерезаны.

- Ракета снова изменяется, - сказала Маккензи. - Она по-прежнему сохраняет свой профиль с двумя g, но ее двигатель работает скачкообразно. Мы думаем, что она перепроектирует свой двигатель; вскоре она собирается перейти на еще более высокие ускорения. Намного выше.

Гейдж лежала на своем тюфяке; ей казалось, что она может ощутить каждую морщинку в ледяном мире под своей ноющей спиной. -Ты не должна удивляться. Это был всего лишь вопрос времени.

- Да. - Маккензи слабо улыбнулась. - Думаю, я нас подвела. Мы могли бы просто оставаться на нашей тихой орбите между Сатурном и Ураном, никого не беспокоя, летая в этой прекрасной ледяной пещере в свободном падении.

- Скримы в конце концов нашли бы нас.

- Мы расходуем так много воды. Это разбивает мне сердце. Мой прекрасный океан выброшен в космос, потрачен впустую. Но мы можем двигаться быстрее. Мы все еще можем обогнать эту чертову штуку.

Гейдж знала, что это правда.

Когда-то великая единая энергия подпитывала расширение самой Вселенной. В сердце каждого ВЕС-привода лед Хирона сжимался до условий, напоминающих начальную сингулярность - Большой взрыв. Фундаментальные силы, управляющие структурой материи, сливались в единую, Великую, объединенную теорией суперсилу. Когда материи было позволено снова расшириться, фазовая энергия разлагающейся сверхсилы, выделяющаяся подобно теплу от конденсирующегося пара, использовалась для выброса материи Хирона при действии ракеты.

Но ничто из этого не имело значения.

Гейдж вздохнула. - Мы уже забросили половину наших туннелей из-за крошечных уклонов, которые даже не замечали при одном g. Мы медленно умираем при двух g, несмотря на нашу АВТ. Мы больше не можем терпеть. Я думаю, этот последний маневр ракеты станет для нас концом.

- Не обязательно, - сказала Маккензи. - У меня есть другая идея.

Гейдж медленно повернула голову; ей пришлось обращаться со своим черепом так же деликатно, как с фарфоровой вазой. - Твоя последняя была прикольной. Что теперь?

- Загрузка. Это не было универсально популярным вариантом. С другой стороны, альтернативой была смерть.

Восемьдесят человек предпочли выжить, как могли.

Когда подошла ее очередь, Гейдж в одиночестве направилась к модифицированной машине АВТ, расположенной в центре лабиринта туннелей. Робот-хирург аккуратно имплантировал сенсорную панель в ее мозолистое тело, нервный мостик между двумя полушариями ее мозга. Он также незаметно прижал подушечки для инъекций к ее предплечьям.

Вокруг нее, в импровизированном лазарете, люди умирали по своей воле.

Гейдж, по правде говоря, тоже. Все, что от нее останется, будет копией, отличной от нее.

Сенсорный датчик на мозолистом теле загрузит копию ее сознания примерно через восемь часов. Гейдж вернулась в свою пещеру, со вздохом легла на спину и заснула. Она открыла глаза.

Ей больше не было больно. Она была в невесомости. Это было восхитительно, словно купаться в сахарной вате. Она была в ледяной пещере - нет, в виртуальной реконструкции пещеры; стены и домики были просто слишком гладкими и правильными. Без сомнения, реалистичность деталей вернется, когда их умы будут работать над этим общим миром.

К ней подошел Моро; он снова принял грубую виртуальную форму головы без тела, с которой впервые столкнулась Гейдж. - Привет. - Он ухмыльнулся.

- Я только что умерла.

Моро пожал плечами. - Кому ты говоришь. Мы все сейчас находимся в убежище. - Это было защищенное от радиации убежище, которое они поспешно построили в самом сердце ледяного мира; в нем находилось твердотельное хранилище данных для поддержки их нового виртуального существования, то, что осталось от их растительности, их драгоценная кладка человеческих зигот, вмурованных в лед. - Наши тела были измельчены, сырье хранится в резервуаре внутри убежища.

- Ты умеешь обращаться со словами.

- ...Мы достигли тысячи g, - сказал Моро.

Виртуальные рефлексы Гейдж не совсем сработали, поэтому она заставила свой рот открыться. - Тысяча?

- Это то, чего требует от нас ракета. Все наши туннели обрушились.

- Мне они все равно никогда не нравились.