- И дроны должны укреплять структуру самого Хирона; эта штука не была создана для этого и могла разрушиться под нагрузкой.

При тысяче g коэффициент замедления времени, который они накопили бы, был бы чудовищным. Гейдж поймала себя на том, что размышляет об этом, о своей растущей изоляции от дома в пространстве и времени, не более чем с легкой отстраненностью.

Гейдж потерла виртуальные ладони рук. Ее плоть казалась резиновой, расплывчатой; это было похоже на легкую анестезию. Возможно, так оно и было, каким-то виртуальным способом.

- Пошли, - сказала она. - Давай посмотрим, какая здесь еда. Погоня снова зашла в тупик.

Гейдж сидела под виртуально изображенным небом, наблюдая, как звездный свет изгибается дугой вокруг корабля. Это было прекрасное зрелище; оно напомнило ей кольца Сатурна.

Их скорость уже была настолько близка к скорости света, что внутри Хирона время текло в тысячу раз быстрее, чем за его пределами. Все, кого Гейдж знала в Солнечной системе, должно быть, давно умерли, несмотря на АВТ.

Она задавалась вопросом, продолжается ли оккупация скримов. Возможно, нет. Возможно, к настоящему времени у людей уже были собственные корабли с гипердвигателями.

Эта одинокая драма могла оказаться последним, бессмысленным актом исторической трагедии, которую еще предстоит разыграть до конца.

Большинство из восьмидесяти удалились на виртуальные игровые площадки, погрузившись в свои собственные океанические воспоминания, забыв о Вселенной снаружи, изолированные даже друг от друга.

Но Гейдж все еще была здесь.

Она подумала, что надвигаются новые проблемы.

Она разыскала Марис Маккензи.

- Мы продвигаемся чертовски быстро, - сказала она.

- Я знаю. - Марис Маккензи выглядела оживленной, заинтересованной. - Это способ путешествовать между звездами, не так ли? Перевозка живых, хрупких людей через обычное пространство на межзвездные расстояния всегда была несбыточной мечтой. Люди - это мешки с водой, неоправданно хрупкие. Космический корабль - это не что иное, как водопровод. Люди гадят в непомерном количестве, бесконечные горы...

- Да, - терпеливо сказала Гейдж, - но мы все равно не можем остановиться. Куда мы движемся? Тау Кита давно позади нас. И не забывай, что мы направляемся за пределы плоскости эклиптики; скоро мы вообще покинем пределы Галактики.

- Хм. - Маккензи выглядела задумчивой. - Что ты предлагаешь?

Гейдж настроила симуляцию пилотского кокона своего старого грузового корабля; в течение субъективных дней она наслаждалась виртуальной камерой, снова была дома.

Но она стала нетерпеливой. Ее контроль и скорость реакции были ограничены.

Она освободилась от кокона и нашла способы напрямую взаимодействовать с сенсорами Хирона, внутренними и внешними.

ВЕС-привод ощущался как огонь в ее животе; блоки датчиков, расположенные спереди и сзади, были ее глазами.

Это было странно, и сначала у нее болело все ее воображаемое тело; но постепенно она привыкла к своей новой форме. Иногда было странно возвращаться к стандартной человеческой конфигурации. Она поймала себя на том, что смотрит на Моро или Маккензи, все еще видя массивы звезд, единственную, неумолимую искру преследующего света, наложенную на их лица.

Гейдж была хорошим пилотом. Она была готова поспорить, что была лучшим пилотом, чем ракета скримов. Если бы она научилась пилотировать Хирон, возможно, ей удалось бы найти способ избавиться от ракеты.

Она смотрела вперед, сквозь редеющие звездные поля на краю Галактики. Она должна была найти что-то, какую-то возможность обмануть ракету скримов, прежде чем они покинут главный диск. Черная дыра и ее звезда-компаньон лежали почти прямо на пути Хирона.

Дыра имела четыре мили в поперечнике и массу примерно как Солнце. Ее спутником был красный гигант, огромный и холодный, его внешние слои были настолько разрежены, что Гейдж могла видеть звезды за пределами его массы.

Гейдж нашла свой шанс.

Она вызвала Марис Маккензи. Бледное изображение лишенной тела головы Маккензи проплыло над изображением дыры и ее спутника.

Дыра вызвала приливы света в гиганте. Вещество вырывалось из гиганта в виде огромного, невероятного вихря, который двигался вокруг экватора гиганта. Вихрь подпитывал аккреционный диск вокруг дыры, светящуюся плоскость из обломков, которая простиралась дальше, чем орбита Земли вокруг Солнца.

Часть вещества гиганта попадала прямо в дыру. Падение придавало дыре угловой момент, заставляя ее вращаться быстрее. Из-за падения дыра вращалась необычно быстро, тридцать оборотов в секунду.

- Выслушай меня, - сказала Гейдж.

- Давай, - сказала Марис Маккензи.

- Если черная дыра не вращается - и она не заряжена - тогда у нее сферический горизонт событий.

- Верно. Это решение Шварцшильда для уравнений Эйнштейна. Сферически симметричное...