Выражение лица Коллинз смягчилось, и она подняла руку, прикасаясь к моей щеке.

— Я слишком поспешила? — спросила она. — Прости.

Я прижался щекой к ее ладони.

— Нет, дело не в тебе, — ответил я. — Я хочу тебя. Чертовски сильно хочу, но просто… Я не уверен, хорош ли я в этом с кем-то еще, а с тобой мне безумно хочется, чтобы все было идеально. Хочу сделать все правильно.

Я хотел видеть, как ее спина выгибается от моих прикосновений. Хотел чувствовать, как она кончает под мной. Хотел быть причиной, по которой ей станет невыносимо хорошо.

— Все так и будет, Брэди. Мне с тобой хорошо, — мягко произнесла она. — Но мы не обязаны делать это сегодня, если ты чувствуешь давление.

— Я хочу тебя, Коллинз.

— И я тебя хочу, — ответила она. — Но я хочу, чтобы тебе было комфортно. Чтобы тебе было хорошо, и не просто потому что мы занимаемся сексом, а потому что нам правильно быть вместе вот так.

Коллинз слегка подтолкнула меня и перекатилась, сев верхом на мои бедра. Мой член ныл от того, насколько она была близка. Я сжал ее талию руками настолько сильно, насколько мог. Я не хотел, чтобы она уходила.

— Мы можем продолжать делать вот так, — сказала она, слегка качнув бедрами, и у меня вырвался шипящий вздох. — Я с огромным удовольствием буду просто целоваться с тобой, покрывать поцелуями все твое тело. Поцелуи вообще недооценивают. Моя предвыборная программа строилась бы на поцелуях повсюду — в книгах, кино, в реальной жизни — буквально везде. — Я гладил ее бедра вверх и вниз. — А еще мы можем закончить на сегодня и пойти смотреть фильм на диване, — добавила она. — Я просто счастлива быть с тобой, Би.

В ее голосе было столько чувств. Я поразился, как не расплавился под ней на месте.

— Поцелуй меня еще, — попросил я.

Идеальные губы Коллинз расплылись в кошачьей улыбке, она наклонилась ко мне.

— Я большой фанат твоего рта, — прошептала она, прежде чем сомкнуть наши губы.

Она снова качнула бедрами, совсем немного, но этого хватило, чтобы сорвать мне крышу. Я переставил ладони на ее ягодицы, впиваясь пальцами в мягкую плоть. Вот уж действительно, к слову о том, что я хотел бы укусить, о боже.

Я даже не заметил, как она залезла рукой за спину, чтобы расстегнуть бюстгальтер, пока она снова не приподнялась, чтобы сдернуть его. Серебряные штанги в ее сосках блеснули в темноте.

— Охренеть, — выдохнул я.

Я думал, Коллинз никогда не перестанет меня удивлять, и эта мысль заставила меня улыбнуться прямо в поцелуй. Ощущение ее голого тела, прижатого к моему, вместе с прохладным металлом едва не вышибло из меня остатки разума.

— Я так возбуждена, Брэди, черт, — застонала Коллинз. — У… У меня есть идея, — шепнула она, уткнувшись лбом в мой лоб. Она была недостаточно близко. Мне хотелось ближе. — Хочешь посмотреть?

— Ч-что? — не понял я.

— Я покажу тебе, как я довожу себя до оргазма, — выдохнула она. — Хочешь посмотреть? — повторила она.

— Да, — выпалил я, даже не думая. Хотел ли я посмотреть, как она ласкает себя? Да, черт возьми, без малейших сомнений.

Она попыталась слезть с меня, чтобы расстегнуть штаны, но я остановил ее.

— Эту часть я сделаю сам, — сказал я. — Позволь мне.

Коллинз опустила руки на матрас, пока я расстегивал пуговицу на ее джинсах и медленно тянул собачку молнии вниз. Я целовал ее живот, дюйм за дюймом стягивая джинсы по ее ногам, настолько медленно, что это было пыткой для нас обоих. Ее трусики оказались черными и кружевными.

— Ты всегда носишь такое белье? — прошептал я.

— В нем я чувствую себя сексуальной, — выдохнула она.

— Ты сексуальная, Коллинз, — ответил я, целуя ее в тазовую косточку. — Снять их тоже?

— Да, — застонала Коллинз.

Когда я соскользнул с нее вместе с трусиками, я опустился на колени между ее ног, откуда открывался идеальный вид. Поверить не мог, что эта женщина лежит совершенно голая в моей кровати, а я не собираюсь ее трахать.

Но мне безумно нравилось, что она хочет, чтобы я смотрел. Нравилось, что ей не все равно, почему я не спешу, и что она не заставляет меня чувствовать себя ущербным из-за этого.

— Покажи мне, — попросил я. Мой голос звучал почти незнакомо, пока я смотрел, как она разводит ноги и опускает одну из ладоней между своих хорошеньких бедер. Я проследил взглядом за ее рукой и застонал, увидев ее влажную, обнаженную киску. — Разговаривай со мной, пока делаешь это, — умолял я. — Расскажи мне обо всем, что тебе нравится.

— Мне нравится, как ты на меня смотришь, — шепнула она, держа вторую руку на груди. — Будто готов наброситься.

Она даже не представляла, насколько была права. Она начала ласкать себя, поглаживая клитор двумя пальцами.

Я достал член из боксеров и сжал его той же рукой, в которой держал ее трусики, следя за тем, как ее бедра покачиваются в такт движениям.

— Мне нравится такая стимуляция, — прошептала она. — И нравится, когда меня заполняют.