Мур просиял.

— Значит, вы поможете.

— Простите?

— Столько времени прошло. Столько времени с тех пор, как здесь появлялся настоящий учёный. Кембриджец. Вместе мы сумеем как следует навести здесь порядок.

— Ох, — сказал Питер. — Не думаю…

— Чуть дальше по коридору есть пустой кабинет, мы мигом вас устроим, ковров и мебели у меня в избытке. Можем поделить этажи. Я возьму нечётные, все бунты происходят в отдельных кабинетах…

— Послушайте. — Элис это порядком надоело; скажи Мур «кембриджец» ещё раз, и она, пожалуй, взорвётся. — Профессор Мур. Вообще-то мы не собирались оставаться.

— Но вы не можете уйти. — Мур поднялся. Он медленно выдохнул, и дым, вытекавший изо рта, образовал густое фиолетовое облако, которое сгустилось и весьма недвусмысленно зависло перед дверью. — Вам некуда идти.

— Что ж, мы, пожалуй, просто выйдем наружу, — сказал Питер. — Если вы не возражаете…

— Но вы не определили благо. — Голос Мура зазвучал нараспев. — Вы не сдали, дальше вам нельзя, таковы правила.

— Мы рискнём, — сказал Питер.

— Я очень не советую.

Из трубки Мура продолжал виться дым.

Все трое стояли, глядя друг на друга. Тут Элис вспомнила, что мало кто из приветливых любителей трубки в колледже был добродушен до самой сердцевины. Манеры и улыбки неизменно служили оболочкой для чего-то слегка подгнившего. Обычно — старой доброй мизогинии. В удачный день — расизма. Чаще всего — снобизма. Иногда — деменции. Сколько стариков в профессорской гостиной требовали помочь им найти очки, а заодно объяснить, что там опять затеяли все эти цветные. В случае Мура под оболочкой таился опустошённый, широко распахнутый взгляд — очень одинокий и совершенно безумный.

Дым сгущался.

— К слову о кабинете, — сказал Мур. — Думаю, подойдёт бордовая гамма.

Тут Элис пришёл в голову безумный приём из арсенала Питера: логический и донельзя педантичный. Но если педантизм когда-либо и был уместен, то именно сейчас.

— Предлагаю следующее, — сказала она. — Если вы докажете, что нам следует остаться, мы останемся. Если не сможете — отпустите нас. Но доказательство должно быть строгим. Вы обязаны убедить нас чистым разумом.

— Проще простого, — фыркнул Мур. — Уж я-то человек разумный.

— Как и все мы, — сказала Элис. — Разделите аргумент на две посылки и вывод. А: покинуть Круг Гордыни можно, только получив зачёт. Б: мы зачёта не получили. Следовательно, В: уйти мы не можем.

— Верно как дважды два! — Мур торжествующе вскинул трубку. — Вот видите?

— Но я отказываюсь принимать вывод, — сказала Элис. — Не понимаю, почему из первого и второго следует третье.

— Потому что таковы правила Ада, — фыркнул Мур. — Вот и всё!

— Хорошо, — сказала Элис. — Проверим, правильно ли я поняла. А: покинуть Гордыню можно, только получив зачёт. Б: мы зачёта не получили. В: мы обязаны соблюдать правила Ада. Следовательно, Я: уйти мы не можем. Верно?

— Это очевидно, дорогуша, — насмешливо сказал Мур. — Логика вас принуждает.

— А я снова отказываюсь принимать вывод, — сказала Элис. — Почему из А, Б и В следует Я?

— Тогда добавьте ещё одну посылку, — презрительно бросил Мур. — Если вы принимаете А, Б и В, то обязаны принять Я.

— Хорошо. — Элис глубоко вздохнула и повторила всё целиком: — А: покинуть Гордыню можно, только получив зачёт. Б: мы зачёта не получили. В: мы обязаны соблюдать правила Ада. Г: если мы принимаем А, Б и В, то обязаны принять Я — что пройти дальше мы не можем.

— В точности! — вскричал Мур. — Идеально сформулировано!

— И всё же я отказываюсь это принимать, — сказала Элис. — Просто не понимаю.

— Что, девочка, туго соображаешь?

— Я не тупая. Этот силлогизм меня попросту не убеждает.

— Но всё же так просто! — Мур склонился над столом, обмакнул перо в чернила и принялся яростно писать. — Я разложу всё для тебя по полочкам. А: покинуть Гордыню можно, только получив зачёт. Б: вы зачёта не получили. В: вы обязаны соблюдать правила Ада. А затем просто добавляем ещё одну посылку, Г… — Он осёкся и пробормотал что-то вроде: — Нет, тогда нужно добавить Д… но чтобы эти глупцы приняли вывод из Д, всё очень просто, нужно добавить Е…

Элис потянула Питера за руку.

— Уходим.

Мур почти не поднял глаз, пока они на цыпочках обходили его стол. Когда добрались до двери, он уже рассуждал о посылке И:

— И это сработает, нужна всего лишь эта маленькая дополнительная посылка…

— Ловко придумано, — сказал Питер, пока они спешили по коридору.

— Да это нелепица, — сказала Элис. — Удивительно, что он не читал Кэрролла.