Может быть, пришло время нам с тобой заговорить.

Письмо на этом заканчивалось, словно тяжесть этих слов требовала, чтобы это был последний абзац. Они были тяжелыми настолько, что я могла поклясться: пергамент был невыносим. Именно поэтому позволила ему упасть, наблюдая, как он стремительно падает на землю, прежде чем мягко приземлиться на деревянный пол. Я изо всех сил пыталась отвести взгляд, боясь, что он может исчезнуть, или, что еще хуже, быть найденным.

Закутавшись поглубже в кроваво-красные одеяла Зейда, я достала тонкую доску, которую нашла для письма, выровняла пергамент и начала.

Ангел,

я тоже по вам скучаю. Хотелось бы подобрать слова, чтобы описать, как тяжело жить без вас троих (и одной половины). Не говори маме и папе, но я боюсь, что могу не дожить до окончания академии. Именно из-за этого ужасающего факта я готова тебе это сказать.

Ты не можешь изменить мир.

Как бы резко это ни звучало, мне нужно, чтобы ты это услышала. Я видела, на что способны основные роды. Хуже того, я видела, на что они готовы пойти. Сохранение их образа жизни значит для них всё, и твоё сопротивление может привести к опасности для всех нас.

Сделав паузу, я перечитала свои слова, ненавидя то, как самодовольно я звучала. Но, по правде говоря, кем я была, если не частью режима, который Селеста так глубоко ненавидела?

Нет. Я не была похожа на основные роды. Это я знала.

Дайте мне время до конца обучения в Элитной Академии. Позвольте мне усердно работать, чтобы вернуться домой к вам всем и принять участие во всех ваших планах. Потому что, хотя я и не думаю, что мы можем изменить Даджахим, возможно, мы можем сделать его лучше, пусть и небольшими способами.

Я люблю тебя, старшая сестра. Береги себя.

Нова

Тяжело вздохнув, я полезла в сумку и достала мешок с зарплатой за последний месяц. Это было больше, чем я заработала бы за год, будучи всего лишь рядовым работником. Впереди меня ждала жизнь, полная лучших результатов, если я смогу двигаться дальше. Медленно сложила пергамент в форме птицы, требуя, чтобы моя магия заставила её взлететь. Через несколько секунд она захлопала крыльями, готовясь найти свою цель.

Из дверного проёма послышался звук: Тэлон проскользнул внутрь, положил руку на дверь и что-то прошептал. Я не обратила на него внимания, повернувшись лицом к существу надо мной.

— Отнеси это моей семье, — пробормотала я, протягивая маленький мешочек из мешковины, пока птица не схватила его клювом и не вылетела в окно. С чувством ужаса и глубоко укоренившейся меланхолии я смотрела, как она летит домой.

Глава 20

Азазэль

«С каждым днём я всё больше и больше боюсь стать похожим на своего отца».

— Из дневника Азазеля Альтаира, 9240 год ПЗ.

— Здравствуйте, стажеры, так здорово вас всех видеть, — голос отца был слишком суровым, смысл исчез вместе с тоном. Справа от меня Куинн фыркнул, словно раздраженный. Мы все давно устали от родителей, но больше всего нервничал Куинн, который всегда молча слушался. Кроме меня, конечно. — Сегодня ваш последний этап в серой фазе. Завтра начинается черная, которая проверит не только вашу выносливость, но и ваше здравомыслие.

Из трех этапов я больше всего боялся следующего. Дело не в том, что я думал, что не справлюсь. Я знал, что смогу и закончу академию, стану элитным бойцом. Однако отчетливо осознавал, насколько сломленным может быть человек и при этом продолжать двигаться вперед.

— Поэтому я, вместе со всеми девятнадцатью полковниками, сяду и оценю каждого из вас. Не стесняйтесь использовать магию во время этих занятий. Хоть я и знаю, что вашим первым инстинктом, скорее всего, будет желание покрасоваться, призываю вас продолжать в том же духе, как будто нас здесь нет. Мы стремимся к устойчивому совершенству, а не к единичным моментам ложного совершенства, — с этими словами он хлопнул в ладоши, вызывая упомянутых полковников.

— Начинайте! — крикнула капитан Зейд. Над нами появился светящийся серебряный список. Список поединков. Мое имя было в паре с одной из сильнейших учениц в седьмом столбце, а рядом с ним были слова «сражаться до потери сознания». Легко.

Над моим именем было имя, которое я ненавидел. Тершетта была в паре со стажером, почти вдвое превосходящим ее по размеру, с тем самым зверем, который когда-то неплохо меня побил.