Я лежала, уткнувшись головой в ткань, несмотря на влажный жар ночного воздуха, ожидая тишины. Но когда костер разгорелся, а курсанты расслабились от алкоголя, предоставленного такими щедрыми инструкторами, я обнаружила, что не могу отдохнуть, несмотря на полное изнеможение.

Сбросив одеяло, я села и открыто смотрела на сотню или около того человек, которые танцевали и демонстрировали свои тени примерно в двухстах футах от меня. Я специально отодвинула свои вещи на приличное расстояние от их вещей, но теперь поняла, что быть одной вот так довольно грустно.

Я никогда не стремилась заводить друзей. Даже когда была маленькой и училась в начальной школе, просто тянулась к Селесте и её до невозможности большой компании. Они приняли меня, потому что я была её младшей сестрой, а не потому, что была особенно интересной.

И, возможно, именно это подтолкнуло меня в тот момент встать, отряхнуть свою грязную кожаную одежду и направиться к объятым огнём телам впереди. Музыка доносилась от пары стажёров с губной гармошкой и гитарой. У парня из Дофреля с густыми кудрями была губная гармошка, и он играл так быстро, что я не могла понять, как он дышит через неё. Но он дышал, время от времени на его лице появлялась улыбка.

Все кричали, шумели и извивались, этот хаос каким-то образом бодрил. Я пыталась слиться с толпой, не желая привлекать к себе внимание, но дополнительные усилия оказались излишними. Никому не было дела до меня, мы все были просто благодарны за то, что ещё живы. За то, что мы — будущие элиты. Впервые за долгое время я стала частью чего-то.

Хотя я была измотана, начала покачиваться, на моем лице расплылась невольная улыбка, словно книга, открытая впервые за десятилетия. Усталость покидала меня, а адреналин начал бурлить в моих венах.

Я была жива. Я была элитой. Я была намного больше, чем могла когда-либо мечтать.

Когда кто-то протянул мне деревянный стакан, наполненный чем-то янтарного цвета, что вода переливалась через край, я не колебалась и даже не понюхала его, чтобы убедиться в безопасности, я просто выпила. Пила и пила, танцевала, пока у меня не закружилась голова. Когда Дофрель заметил меня и направился ко мне, все еще держа губную гармошку у губ, я не вздрогнула и не стала защищаться. Я позволила ему подойти. Он с любопытством разглядывал меня, кружась вокруг и играя. Возможно, другая, более умная Нова восприняла бы это как угрозу. Хищник, кружащий вокруг добычи. Нынешняя Нова, достойная и дважды благословленная, хихикала и продолжала покачиваться.

Руки схватили меня сзади, их тепло проникало сквозь толстую кожу. Дофрель закатил глаза на того, кто меня держал. Не задумываясь, он развернулся и ушел, направляясь к своей группе основных родов. Я же продолжала покачиваться и танцевать, мои движения были неритмичными, пока я плыла в мире внутри своего разума. В какой-то момент руки переместились с безопасного места на моей талии вниз к бедрам, после чего звуки губной гармошки резко оборвались.

— Что ж, Супернова, похоже, мне следует почаще помогать тебе подниматься в горы, — приглушенный голос Тэлона у моего уха вызвал у меня в и без того вспотевшей голове чувство клаустрофобии. Мы были так близко, что я чувствовала выпуклость в его штанах каждые несколько секунд, когда мы покачивались навстречу друг другу.

— Супернова? — спросила я, замедляя движения. Потому что, честно говоря, что еще можно было сказать? Он знал, что не помог мне. На самом деле, это я брала на себя всю тяжелую работу. Я спасла его. Всех их. Но все же от меня почему-то ожидали благодарности.

— Да. Взрыв энергии, слишком мощный, чтобы кто-либо мог его понять или осмыслить. Звезда, достигающая своего потенциала. Как и ты, — произнес он хриплым и располагающим голосом. Но слова были не такими прекрасными.

— Звезда, достигшая своего предела, взрывается, а затем разрушается. Ты случайно не намекаешь мне, что я достигла пика? — поддразнила я, хотя долго сдерживать свою неприязнь было невозможно. Тихий смешок щекотал мне ухо, одна из его рук обхватила мой живот, где он распрямился и замер.

— Я говорю тебе, что ты способна стать самым могущественным существом, которое когда-либо знал этот мир. Я вижу это. А ты, Супернова?

У меня перехватило дыхание, ком в горле застрял. Он что, дразнит меня? Мы оба знали, что он лжет, так чем же еще это могло бы послужить, кроме унижения?

— Ха! Да ладно, она больше похожа на черную дыру, которая появляется после, — произнес тот хриплый, глубокий голос, который я быстро возненавидела. Оттолкнув от себя Тэлона, я повернулась налево и увидела Альтаира. Его обычно идеально уложенные серебристо-светлые волосы были растрепаны, как и его одежда. Его постоянно окружали заботливые ученики, но в данный момент его поддерживала только основная группа. Наверное, поэтому затихла гармоника. Дофреля вызвал его куратор.

— Что это должно означать? — прошипела я. Полные губы Альтаира приоткрылись, готовые обрушить на нас шквал ругани, но Тэлон снова встал между нами.

— Аз, оставь её, чёрт возьми, в покое.