Время пролетело незаметно, пока я размышляла, никто меня не беспокоил. Именно в тот момент я вспомнила смертельные битвы, происходившие в «Магии во тьме». Я наблюдала, как последний человек входит — ковыляя — внутрь, ворота со скрипом распахнулись, и я подумала, не придётся ли нам теперь всем убивать друг друга. Солнце окончательно опустилось, и вскоре нас окутала тьма. Каждый из нас был смертельным оружием, ножом, который нужно было заточить, но, казалось, только я боялась, что меня используют.

Внезапно перед нами появилась капитан Зейд, из неё вырвался магический свет, воспламенивший высокие пустые стеклянные шары, стоящие на вершинах двадцатифутовых чёрных столбов. Это было то же самое, что делали в Звёздном квартале. Единственный способ получить свет, превосходящий свет пламени или самого солнца. Шайтаны давным-давно нашли способы использовать свою магию и создавать то, что они называли бы технологиями.

Ее лицо оставалось бесстрастным, когда она осматривала нас. Кровь брызгала на ее загорелую кожу, часть попадала в рот. Она высунула язык, слизывая красную жидкость.

— Я убила двенадцать ваших товарищей по обучению. Их неспособность выполнить первое задание показала их слабость, и теперь они служат предупреждением для каждого из вас. Единственное, чего мы не примем — и не можем принять — это неудачу. Вы можете трахаться, драться и выпендриваться, но вы не можете быть неполноценными.

Нас снова окутала тишина. На её коже была кровь, по крайней мере, одного из нас, хотя, скорее всего, всех двенадцати. Это было, мягко говоря, жутко.

— Отныне вы все будете излучать совершенство. Ошибки, — почти прошипела она, встречаясь с моим взглядом в толпе, — недопустимы.

Ошибки. Конечно, она использовала это слово. С таким же успехом она могла бы назвать меня ахата.

— В течение следующих сорока восьми часов каждый из вас будет испытан не только на предмет вашего будущего положения среди элиты, но и на предмет вашей достойности носить этот титул. Мы будем испытывать вас на пределе ваших возможностей, и даже больше, но к концу этих двух дней каждый из вас узнает, кто вы и чего стоите.

Пожалуйста, не заставляйте нас убивать друг друга.

Не то чтобы я была особенно против убийства или битвы в теории, просто знала, что в этой группе я одна из самых слабых. Не стоило умирать сейчас, когда я была так близка к тому, чтобы наконец-то получить средства для спасения своей семьи.

— В элите десять специальностей, каждая из которых разделена на две роты под командованием полковника, — капитан Зейд начала расхаживать взад-вперед, крепко сжав руки за спиной. Хотя никто нам этого не говорил, я почувствовала, как мы одновременно приняли позу отдыха, расставив ноги на ширине плеч и сложив руки за спиной, как и она. — Эти должности: алхимик, стратег, боец, медик, логист, разведчик, связист, педагог, священник и картограф. Ваше назначение не зависит от ваших предпочтений, а зависит от того, что в вас увидят капитаны. Все двадцать из нас будут на месте. После назначения на определенную специальность вы будете носить это звание до выхода на пенсию или смерти. Вы все поняли?

— Да, капитан! — крикнули мы в унисон.

— Отлично, — ответила она бесстрастно. Кивнув, она остановилась, повернулась к нам лицом и распахнула объятия. — И так, начинаем.

Вокруг нас стали появляться капитаны, в плащах, но без масок. Быстро и уверенно они пробирались сквозь нас, на несколько мгновений их взгляд останавливался на одной из стажерок, прежде чем двинуться дальше. Я не могла понять, что они делают, пока одна из них не оказалась передо мной.

Она была потрясающе красива, ее глаза были почти такими же черными, как ее кожа и длинная коса. В отличие от капитана Зейд, она мягко улыбнулась, оглядывая меня. Ее взгляд скользнул по моему телу, заставляя меня ерзать, несмотря на все мои попытки оставаться невозмутимой. Затем я почувствовала это. Тепло разлилось по моему замерзшему телу, ее магия согревала меня. В то же время я поняла, что тяжесть на моей спине и шее исчезла. Она взяла мой плащ.

— В Элитной Академии три этапа, — продолжила капитан Зейд. Ее голос был таким глубоким, таким всепроникающим, что сотрясал мои замерзшие кости. — Первая фаза: серый. Вторая фаза: чёрный. Третья фаза: серебряный.

Это было что-то новое. По крайней мере, чего не существовало две тысячи лет назад, примерно тогда, как я предполагала, были написаны мои два тома теневой магии, судя по отсутствию в них мёртвого языка и контексту, который они предоставляли в отношении нашего завоевания галактики Андомедия. Но это имело смысл. Всё должно было измениться по мере нашей эволюции, и звёзды стали проявлять к нам меньше интереса.