Он снова пристально смотрел на меня, его лицо приблизилось. Я почувствовала непреодолимое желание отступить, мои ноги сами понесли меня к стене за кроватью, лопатки уперлись в нее. Альтаир последовал за мной, казалось, подсознательно, и как же мне хотелось убежать. Убежать и спрятаться от тяжести его взгляда. Я была так напугана тем, что он задумал, что не оттолкнула его сразу, когда он снова приблизился ко мне, прижав руки к стене и образовав вокруг меня клетку.

— Ты знаешь, из чего состоят звёзды? — спросил он.

О чем, во имя звезд, говорил этот сумасшедший?

— Это шары пылающей магии.

— Именно. Они горят наверху, мы горим внизу.

— Что это должно означать?

— Мы всегда будем в их власти, Тершетта, — мы были на расстоянии одного вздоха. Наши взгляды почти сравнялись, когда он так низко наклонился. — Мы не можем сопротивляться или что-либо изменить. Вместо того чтобы пытаться обойти их контроль, должны просто подчиниться ему.

— Скажи хоть раз в жизни, что думаешь, — потребовала я, злясь на его загадки.

— Моя семья — последняя в книге, — он оттолкнулся от стены, развернулся и направился к двери. — Думаю, ты обманываешь себя, читая о семье Тэлона. Тебе на самом деле все равно.

Простонав, я схватила подушку и бросила в его сторону. Не глядя, он увернулся, его хриплый смех заставил меня почувствовать мурашки по коже.

— Глупый, мерзкий змей!

— Дай мне знать, если планируешь украсть что-нибудь ещё, в следующий раз мне придется сделать это интереснее.

Глава 36

Нова

«В магазинах постоянно говорят, что шайтаны — зло. Я стараюсь не принимать это близко к сердцу, но не могу перестать бояться, что однажды и я стану злой».

— Из дневника Новы Тершетты, 9259 год ПЗ

Наша утренняя пробежка теперь включала в себя тренировку по стрельбе.

Нам объяснили, на чём нужно сосредоточиться, и велели использовать магию, цель — попасть. Мы также уделяли особое внимание магическому оружию, каждый из нас методом проб и ошибок определял, что ему больше нравится. Я уже знала, что предпочитаю теневые цепи — особенно когда казалось, что использую кандалы, которые на меня наложили многие, чтобы разорвать их все, — но я быстро полюбила их.

После работы с Тэлоном придумала способ обматывать ими руки, ожидая применения. Это требовало значительной концентрации, но я была полна решимости, когда мы проносились сквозь влажный лес, где в любой момент из ниоткуда появлялись мишени в форме людей.

Снова и снова меня пугало появление мишени, я почти паниковала, прежде чем резко взмахнуть цепями в её сторону. Каждый раз прорубала их насквозь. Каждый раз боялась того, кем становлюсь.

В конце пробежки Тэлон вернулся, чтобы найти меня, с широкой улыбкой на лице.

— Кто-то становится быстрее.

— Да, даже сейчас за ней не угнаться, — поддразнила Зура, тяжело дыша и подходя к нам.

Мы все были вспотевшие, воздух был густым и горячим. Я ненавидела находиться слишком близко к людям, но если меня и заставят находиться в чьей-то компании, то это будет их компания. Два человека, которые, казалось, действительно были добрыми и достойными данного им благословения.

Вокруг нас другие стажёры на несколько мгновений собрались с мыслями, прежде чем уйти. Сейчас мало кто смотрел на нас, их осуждение было прибережено для тех моментов, когда рядом была только я, подвергающаяся пристальному вниманию. И всё же они были так близко к нам, чувствовала себя беззащитной под их взглядами и собственным ненавистным внутренним голосом. Тем самым, который кричал, что я стала тем монстром, который раньше преследовал меня по ночам.

— Похоже, что работа до изнеможения приносит свои плоды, — поддразнила, толкнув Тэлона локтем, пытаясь отогнать негативные мысли. Его глаза загорелись, насмешливый взгляд исказил улыбку, а щеки надулись.

— О, ты еще ничего не видела, Супернова.

С этими словами он низко пригнулся и толкнул меня в живот, подбросив вверх, пока я с фырканьем не приземлилась ему на плечо. Хихикая — что было для меня совершенно нехарактерно — ударила его кулаками по спине, когда он развернул нас.

— Отпусти меня, сумасшедший медведь! — взвизгнула я. Через секунду он остановился, медленно спуская меня по своему телу, прежде чем мои ноги коснулись травы. Но он не отпустил полностью, оставив одну руку вокруг меня, а другой рукой схватив за подбородок и приподняв мое лицо.

— Мне нужно на собрание бойцов, но я встречусь с тобой в нашей комнате после завтрака? — казалось, он спрашивал, все еще ожидая моего разрешения.

С мягкой улыбкой я кивнула, насколько позволяла его рука, чувствуя, как краснеют мои щеки. Сегодня он выглядел потрясающе: волосы были распущены, а мягкая смуглая кожа блестела в лучах утреннего солнца. Может, никогда не будет так, как у мамы и папы, но я могла бы жить так столько, сколько он пожелает. Любовь Тэлона не была для меня обузой.

Более мягким, более скандальным тоном он сказал: